— Ну что, идем?

Ребята направились в сторону холла. Такегучи хотел убедиться, что производимый ими шум не будет слышен. При креплении к колонне заряда нужно было оставить зазор, чтобы до максимума увеличить мощность режущей металлической струи. Для стального профиля толщиной тридцать миллиметров такой зазор должен быть не менее двух с половиной сантиметров. Такегучи и Фукуда притащили целую кучу кусков пенопласта, чтобы правильно установить заряды. Колонны были покрыты либо тканью, либо накладками из мрамора и дерева — все это нужно было снять и сделать правильный расчет для закладки. Хино сам взялся за эту работу, однако для нее требовалось применение шумных электроинструментов, и их могли услышать снизу, чего они все боялись больше всего.

Коридор, ведущий в сторону холла, был забран металлической решеткой. Синохара и Татено добрались до конца галереи и оказались в холле. Этим утром Корё спешно эвакуировал людей с четвертого этажа и запер все входы и выходы. Кроме того, они остановили лифты и опустили металлические перегородки. В воздухе стоял резкий запах инсектицидов.

— Странно, но мух уже нет, — произнес Татено, когда они миновали пустой холл.

Это объяснялось просто (по словам Синохары). Запустив в банкетный зал на третьем этаже своих мух, он выпустил еще около ста тысяч на четвертый, пятый и шестой этажи. Большую часть многоножек он тоже отправил в банкетный зал, а остатки разбросал в холле. Но один контейнер Синохара приберег на всякий случай. «Корёйцы» вроде бы предприняли все меры, чтобы избавиться от насекомых, но в воздуховод третьего этажа Синохара закинул и ту смесь, в которой мухи размножались. Хотя энтомологи не доказали еще этого факта, но, по наблюдениям Синохары, мухи всегда охотно возвращались в родную для них среду. Однажды Синохара случайно выпустил довольно большое количество мушек, а потом бросил в помойку содержимое их контейнера — и мухи дружненько полетели туда. Так что теперь он был уверен в том, что выпущенные на верхних этажах мухи, непременно доберутся и до третьего.

— Ты чё, думаешь, они тоскуют по родному дому? — спросил его Татено.

Синохара сказал, что точно не знает почему, но мухи всегда различают свой «дом» и чужой, хотя и выращиваются в одинаковых условиях.

В кармане у Синохары завибрировал сотовый. Звонил Такегучи. Он попросил зайти в мужской туалет рядом с шахтой скоростного лифта и послушать. Синохара прокрался в темноте к основному корпусу. В коридоре светились таблички эвакуационных выходов, но в сортире было темно, хоть глаз выколи. Синохара включил фонарик и доложил Такегучи, что находится на месте.

— Повернись к стене и посмотри в правом углу, где находится выпуклость. Это и есть колонна. Я ее сейчас прорежу — займет секунды три. Потом скажешь, как было слышно.

Через несколько мгновений раздался звук, напоминавший шум дождя. Синохара прижал руку к колонне и попросил повторить. Опять что-то зашуршало, а рукой Синохара почувствовал едва уловимую вибрацию.

— Ну как? — спросил его Такегучи.

— Зашибись! — прошептал Синохара.

Корейцы должны были находиться в банкетном зале двумя этажами ниже. Риск, что они что-то услышат, был минимальным.

— Норм, — сказал Такегучи. — Давай, двигай наверх.

Синохара снова услышал негромкий шум от газового резака. Операция по сносу отеля уже шла полным ходом. Такегучи заканчивал прокладку контактных проводов.

— Черт, еще одиннадцать часов, — пробормотал Синохара, возвращаясь на свой пост.

10. Тревога

11 апреля 2011 года

Оноэ Чикако вынула из духовки готовые вафли, полила их лотосовым медом и поставила на стол вместе с помидорками черри, свежевыжатым апельсиновым соком и пастеризованным молоком Koiwai.