- Эти билеты, - объяснил я, - Билл просто оставил ребятам для игры. Три из них, как вы видите, выданы фирмой «Л. С. Перт», остальные - другими фирмами, причем все разными, ни одна не повторяется дважды. Билл Дэвидсон был человек педантичный. На обороте каждого талона он записывал дату, условия ставки и имя лошади, на которую ставил. Он ставил у букмекеров, где ставки выгоднее, вместо того чтобы играть через тотализатор или у букмекеров у перил, то есть, - объяснил я специально для Лоджа, видя, что тот не понял, - у букмекеров, которые стоят вдоль перил между букмекерскими местами и членскими ложами, записывая ставки, которые делают члены клуба и знакомые им люди. Они посылают им еженедельный расчет с выигрышем или проигрышем. Билл не делал крупных ставок и считал, что играть через тотализатор не так увлекательно.

Лодж разглядывал три билета фирмы «Л. С. Перт». Круглый почерк Билла был ясным и разборчивым. Я взял первый билет и прочел вслух: «Перипатетик, 7 ноября. Десять фунтов из расчета одиннадцать к десяти». То есть, Перипатетик шел в таких высоких шансах, что Билл рассчитывал выиграть на свою ставку одиннадцать фунтов. Я раскрыл справочник и нашел отчет о 7 ноября.

- Перипатетик, - сказал я, - проиграл двухмильную скачку с препятствиями в Сандауне, отстав на четыре корпуса. Скакал Джо Нантвич. Стартовая цена была одиннадцать к десяти - она показывала безусловного фаворита. «Л. С. Перт» должна была получить грандиозный барыш, предлагая одиннадцать к десяти.

Я взял второй билет и прочел: «Сакбэт, 10 октября. Пять фунтов из расчета шесть к одному». Я открыл программу на этот день. Сакбэт остался без платного места в Ньюберри, и скакал на нем Джо Нантвич. Лучшая цена, предложенная вообще, была пять к одному, а перед стартом - семь к двум.

Я положил билет Сакбэта на стол и взял третий. «Малабар, 2 декабря. Восемь фунтов из расчета пятнадцать к восьми». Я положил билет и открыл справочник на 2 декабря. Малабар пришел четвертым в Бирмингеме. Скакал Джо Нантвич. Стартовая цена была шесть к четырем.

Лодж и мой отец молча сверяли билеты со справочником.

- Точно так же я пересмотрел и все остальные, - сказал я. - Все эти лошади проиграли. И только на одну из этих лошадей он получил лучший расчет, чем можно было ожидать. Но скакал на ней не Джо, а какой-то аутсайдер, шедший из ста к шести.

- Как бы я хотел, чтобы ипподромная братия считала целыми числами, - жалобно сказал Лодж.

- Разве вы не слышали, - сказал я, - как заядлый игрок обучал своего сына считать? Один, шесть к четырем - два…

Лодж рассмеялся, в уголках его темных глаз сбежались морщинки.

- Я должен переписать все эти цифры с талонов «Л. С. Перт» вместе с данными из справочника, чтобы все это улеглось у меня в голове, - сказал он, отвинчивая колпачок вечного пера и принимаясь за работу.

Мой отец уселся рядом с ним и наблюдал, как растет красноречивый список. Я вернулся на подоконник и ждал.

Наконец Лодж сказал:

- Теперь я понимаю, почему вашему отцу так недостает вас. - Он положил перо в карман. Я сказал улыбаясь:

- Если вы хотите насладиться действительно потрясающей историей мошенничества, посмотрите в этом справочнике отчет об ирландских скачках. Это фантастика.

- В другой раз. На сегодня с меня достаточно, - сказал Лодж, потирая лицо рукой и сжимая нос большим и указательным пальцами.

- Теперь, как я понимаю, тебе остается только сообщить нам, кто все это организует, - сказал отец с оттенком иронии, которую я уже давно научился понимать как одобрение.

- Вот этого, милый па, я и не могу сделать, - сказал я.

Но Лодж сказал серьезно:

- Может, кто-нибудь из тех, кого вы знаете по ипподрому? Ведь это должен быть человек, который связан со скачками. Как насчет Перта?

- Может быть.