- Ничего подобного ты не сделаешь, - сказал мне отец.

Нет так нет, я даже не стал спорить, мне было все равно.

- А может, это был жокей, или тренер, или владелец лошадей? - спросил Лодж.

- Уж давайте включайте сюда распорядителей и членов скакового комитета, - сказал я иронически. - Ведь они первыми узнали о том, что я обнаружил проволоку и взялся расследовать это дело. И это тут же стало известно человеку, которого мы выслеживаем. Может быть, он - это они? Я сказал, что подозреваю тут нечто большее, чем просто несчастный случай, считанным лицам и мало с кем заговаривал на эту тему вообще, перед тем как со мной случилось это в лошадином фургоне.

- Из людей, которых вы знаете… - сказал Лодж раздумывая. - Как насчет Грегори?

- Нет, - сказал я.

- А почему нет? Он живет в Брайтоне, достаточно близко для утренних звонков в контору «Такси Маркони».

- Он не рискнул бы покалечить Билла или Адмирала, - сказал я.

- Откуда у вас такая уверенность? - спросил Лодж. - Люди не всегда оказываются такими, как кажутся, и убийцы очень часто любят животных. Пока эти животные не встали у них на пути. Недавно судили парня, который ночью убил сторожа. Он не проявлял ни малейших признаков раскаяния, пока ему не напомнили, что он раскроил голову и собаке заодно. Тогда он разрыдался.

- Трогательно, - сказал я, - но здесь не тот случай. Это не Пит.

- Вера или доказательства? - настаивал Лодж.

- Вера, - сказал я сердито, потому что был совершенно убежден в том, что говорю.

- Жокеи? - допытывался Лодж.

- Я не могу себе представить, чтобы жокей мог оказаться типом, которого мы ищем, - сказал я, - и еще вы забываете, что скачки были вторым номером в программе и за них принялись только потому, что над конторой «Такси Маркони» оказалась дышащая на ладан букмекерская фирма. Одно это могло навести хозяина таксомоторов на мысль о скачках.

- Что ж, возможно, вы правы, - согласился Лодж. Мой отец сказал:

- А может быть, первоначальный владелец «Такси Маркони» решил пуститься во все тяжкие и фальсифицировал продажу, чтобы замести следы?

- Клиффорд Тюдор, вы его имеете в виду? - спросил Лодж с интересом.

Отец кивнул, и Лодж обернулся ко мне.

- Тюдор здесь так и лезет изо всех щелей, - сказал я. - Он знал Билла, и у Билла записан на клочке бумаги его адрес.

Я сунул руку в карман пиджака. Я вынул конверт и еще раз посмотрел на него.

- Тюдор говорил мне, что просил Билла скакать на его лошади.

- Когда? - спросил Лодж. - Когда он сказал вам это?

- Я вез его в Брайтон с Пламптонского ипподрома через четыре дня после смерти Билла. Мы говорили с ним о Билле.

- Что-нибудь еще? - спросил Лодж.

- На лошадях Тюдора до самого последнего времени ездил наш подкупленный друг Джо Нантвич. Это на его лошади, на Болингброке, Джо однажды выиграл скачку, когда ему было предписано проиграть… Но на скачках в Челтенхэме он просидел сзади, и Тюдор устроил ему за это головомойку.

- Камуфляж, - предположил мой отец. Я прислонился к окну раскалывавшейся на куски головой и сказал:

- Не думаю, чтобы это был Тюдор.

- Почему? - спросил Лодж. - Но почему? У него есть организаторские способности, он живет в Брайтоне, он владеет такси, он нанимал Джо Нантвича и он знал майора Дэвидсона. Пока он представляется мне наиболее подходящей кандидатурой.

- Нет, - сказал я устало. - Самая крепкая ниточка у нас - это шоферы фирмы «Такси Маркони». Тот, кто послал их с лошадиным фургоном, никак не предполагал, что я их узнаю.