Что же это было? Некие скрытые магические таланты девушки, пробуждённые вспышкой гнева и смертью мужа? Припрятанные артефакты? Или же близость короны Могильяков оказала воздействие на леди? Сергей не слышал, чтобы графиня имела склонность к чародейству. Да и сэр Горус, когда они планировали захват замка, не упоминал ни о чём таком. Не знал или умолчал?

– Уже готовы к диалогу? – сухо поинтересовался он.

Леди молчала и баюкала ушибленную руку, её глаза гневно сверкали.

– В общем, если коротко, – произнёс и задумчиво взглянул на обезглавленное тело Могильяка. Надо бы прибраться в комнате, а то не гоже ледю... леди лишний раз вгонять в стресс. – Согласно договору, ранее заключённом с сэром Викрамом, и по праву победителя, графство и вы вместе с ним теперь принадлежите мне.

– Я лучше умру! – гордо сообщила леди, задрав слегка курносый носик. – Выброшусь из окна! Кинусь на меч! Приму яд!

– Очень не рекомендую, – сухо произнёс Сергей. – А то мне потом придётся возиться с вашим воскрешением, возвращать душу в тело... Кроме того, самоубийство – весьма болезненная процедура. Можно выжить даже после падения с очень большой высоты и несколько часов мучиться в виде кровавой лепёшки, пока вас не найдут и не отскребут с мостовой...

Леди Элеонора-Эмили поджала губы и громко засопела, глядя на Сергея пылающим взглядом.

– Будь моя воля, я бы предпочёл поладить с вашим мужем подобру, поздорову, ограничится вассальным договором, – произнёс Сергей. – Но он просто не оставил мне иного выбора. Слишком уж цеплялся за единоличную власть.

Элеонора распрямила спину, демонстрируя великолепную осанку. Глубоко вздохнула, пытаясь привести мысли в порядок. В каждом её жесте, каждом движении чувствовалось воспитание. Настоящая леди.

– Вы думаете, я так вам взяла и поверила? – произнесла она, холодно глядя на Сергея. Ни капли истерики или гнева, словно говорит сейчас совсем другой человек. – Вы Тёмный лорд, порождение ночи. Для вас лгать также естественно, как и дышать.

– Власть сама по себе меня не интересует, – ответил тот. – Мои мотивации лежат в несколько ином поле.

– И каком же?

– Вы вряд ли поймёте, леди, даже если я постараюсь объяснить, – заметил он. Серьёзно, не рассказывать же ей про Обратную сторону и Пробуждение страданий.

– А вы постарайтесь, – леди настаивала на своём. – Мне интересно.

– Возможно, я поведаю вам позже. Сейчас время куда более приземлённых вопросов. Мне необходимо решить ряд административных задач в графстве, чтобы переход власти прошёл как можно более мягко. В частности, мы с вами заключим официальный брак, чтобы окончательно утвердить мою власть над землями Могильяк. Окрестные лорды наверняка захотят воспользоваться смертью сэра Викрама, чтобы отгрызть себе ценный кусочек спорных земель. Мои имя слегка поумерит их пыл.

– Я не лягу с вами в постель! – категорично заявила леди.

– И не нужно, – миролюбиво произнёс он. – Я не интересуюсь вами, как женщиной.

– Это как это не интересуетесь? – теперь в голосе леди Элеоноры послышалось возмущение.

– Леди, полно вам... – вздохнул Сергей. – Я буду слишком занят, да и принуждать женщин к постели против их воли не в моих правилах. Брак наш будет чисто политическим. Знаю, что вы отличная хозяйка, графство не рухнуло в пучины нищеты во многом из-за вас. А зачем вмешиваться в то, что и так отлично работает? Я со своей стороны введу лишь несколько новшеств, направленных на увеличение плодородности земли и предотвращение потерь питательных веществ в ней.