– Видишь, он злится.

– Почему? Кто-то хочет украсть коров?

– Нет. Эта девушка опять надоедает ему. Дядя Монти не любит девушек. Он говорит, что от них одни неприятности.

Мэдисон подумал, что он и его младший брат могли бы в конечном счете найти общий язык. Ферн перевернула его жизнь вверх ногами.

– А кто другой всадник? – спросил Мэдисон.

– Это папа, – ответил Уильям Генри, показывая самую большую игрушку. – А это дядя Хэн. Он тоже девушек не любит.

– Хорошо, что твой папа любит девушек.

– Папа не любит девушек, но он любит маму, – многозначительно заявил Уильям Генри.

– Мне тоже твоя мама нравится, – сказал Мэдисон, пытаясь скрыть улыбку.

– Всем нравится мама, – сказал Уильям Генри. – От нее нет неприятностей. Она всем помогает.

Вот такой, если вкратце, должна быть девушка, на которой хотел бы жениться Мэдисон. Такой была Саманта. Но он влюбился в Ферн, которая была самым опасным стихийным бедствием к западу от Миссисипи.

– Я думаю, не каждая девушка может быть такой, как твоя мама.

– Дядя Монти говорит, что путаться с Айрис хуже, чем гоняться за быком, который залез в густой кустарник. Дядя Монти говорит, что Айрис надо выслать.

Мэдисон засмеялся.

– Откуда она родом?

Уильям Генри оглянулся по сторонам. Затем, подойдя к Мэдисону, прошептал ему на ухо:

– Дядя Монти говорит, что она родом из ада. – Уильям Генри радостно захихикал. – Мама говорит, что я не должен говорить такие слова, но дядя Монти все время повторяет это слово. Мама говорит, что дядю Монти может поразить молния, но папа говорит, что у молнии ничего не получится.

Мэдисон понимал, что не стоит хвалить мальчишку, но впервые за все это время он почувствовал, что ему нравится его племянник. Он никогда не проявлял никакого интереса к детям, но Уильям Генри был каким-то особенным ребенком. Может быть, потому, что он был сыном Джорджа и поэтому частью его собственной плоти и крови. Может быть, он видел в малыше самого себя, еще до того момента, как отец убил в нем его по-детски невинную веру в этот мир. А, возможно, он видел в нем сына, которого хотел иметь от Ферн.

Что-то случилось с Мэдисоном. Он больше не хотел разговаривать с Розой. Он знал, что ему нужно, и он знал, как достичь того, что он хотел. Но он добавил к списку нужных вещей еще один предмет – ему нужен был сын, точно такой же, как Уильям Генри. Он хотел, чтобы род Рэндолфов продолжался, он хотел, чтобы для его сына семья играла самую важную роль в жизни.

ГЛАВА ДВАДЦАТАЯ

Стук в дверь прервал размышления Мэдисона. Он выругался и отложил в сторону бумаги. Открыл дверь и увидел, что в коридоре стоит Пинкертон, нанятый им сыщик.

– Входи, – сказал Мэдисон.

Мэдисону явно не хотелось впускать сыщика в данную минуту, но он поспешно вошел в комнату, как бы не замечая недовольства Мэдисона.

– Как поживает семья Эдди?

– Отлично. Деньги, которые вы им посылаете, здорово помогают им. Они стали жить лучше, чем раньше. Жена Эдди хорошая хозяйка.

– А как их ранчо?

– Люди вашего брата сделали там больше, чем Эдди за все время, пока он владеет этим ранчо. Я думаю, что его жена не будет возражать, если вы подержите подольше ее мужа.

– Она его получит назад, как только закончится суд. Как твое расследование? Удалось что-нибудь узнать?

– Немного. Только один человек пока соответствует вашему описанию, но я никак не могу найти доказательств того, что он причастен к убийству.