«Да какая разница? – возмутилась Люси. – Зачем обсуждать это сейчас? Нужно помочь Лотте, ничего больше не важно!»

– Все в порядке, я знаю, как помочь, – сдержанно улыбнулась Альда.

Она направилась к Шарлотте, однако Триан преградил ей путь. Он даже сейчас умудрялся выглядеть привычно равнодушным, как и полагалось легионеру. Не важно, что там произошло между ними и насколько близки они стали, вел он себя, как раньше – и только по его поступкам можно было догадаться, что он чувствует.

– Ты уверена в этом?

– Уверена, что смогу, и уверена, что мне это не навредит, – кивнула телепатка.

– Я могу помочь?

– Можешь не подпускать ко мне здешнюю фауну, чтобы я, очнувшись, этих крыс из интересных мест не вытаскивала! С остальным я справлюсь сама.

Альда действительно верила, что сейчас будет легче, чем на Левиафане. Опыта у нее теперь было куда больше, да и ситуация оказалась попроще. То, что кровь червей очистили и чуть изменили, стало проклятьем для людей, но спасением для Шарлотты. Альда уже чувствовала, что сознание номера 6 пострадало не так сильно, как сознание Триана на той миссии.

Однако самостоятельно Шарлотта все равно не освободилась бы. Изучив ее сознание получше, Альда обнаружила, что пустота – это нечто вроде внешней оболочки кокона. Номер 6 находилась внутри, но застряла она не в собственном погибающем разуме, как Триан когда-то, а в воспоминании. Похоже, когда Шарлотта поддалась действию мутагена, ее разум в панике выбрал из ее воспоминаний самое важное, критическое, притягивающее к себе и мысли, и чувства. Теперь оно держало Шарлотту, как петля, не позволяя ей ни потерять человеческую сущность, ни освободиться. Тупиковая ситуация, если не поможет кто-нибудь извне. Вероятнее всего, для того чтобы вытолкнуть ее в реальный мир, хватило бы даже способностей Люси, если бы гиена знала, что нужно делать.

Альда опустилась на колени перед неподвижно лежащей Шарлоттой. Телепатка прижала обе руки к вискам легионера, закрыла глаза и сосредоточилась. Альда понятия не имела, где она сейчас окажется, она попыталась подготовиться ко всему – и усилием воли пробилась через пустоту, сковывавшую чужое сознание.

Она оказалась в темноте, но не кромешной тьме небытия, а в дождливой ночи, лишенной и фонарей, и света звезд. Единственным, что сейчас спасало от временной слепоты, было неоновое голубоватое сияние, исходившее от высоких острых листьев, тянувшихся к небу. По мерцающим кустарникам несложно было узнать Морифирию, они только на той планете и росли.

Альда оказалась вдали от цивилизации, джунгли тонули в дожде и облаках пара, вырывавшихся из-под земли. Но она не была здесь одна – найти Шарлотту оказалось несложно. Легионер, сильная и уверенная, сражалась… как раз с морифирийскими гиенами. Так что если бы и не было светящихся листьев, догадаться, на какой планете все произошло, было бы легко.

Даже одна гиена представляла собой грозное зрелище, а по одной они не охотились. На Шарлотту нападала целая стая хищников ночи, быстрых, ловких. Гиены скользили по земле тенями, они отталкивались лапами от широких листьев и стволов деревьев, они умело использовали белый пар для маскировки. Возможно, морифирийские гиены были примитивны во всем, но сражаться они точно умели: они никогда не мешали друг другу, напротив, вместе они приобретали исключительную силу.

Шарлотта понимала все это, но не боялась. Ее раздражала лишь вынужденная потеря времени, она прекрасно знала, кто выйдет из этой битвы победителем. Номер 6 уже подчинила себе нескольких гиен, сражавшихся за нее, но и сама не осталась в стороне. В битве она использовала кинжалы с изогнутыми лезвиями, которыми владела так умело, что ее движения завораживали, как танец. Она была расслаблена, грациозна – а хищники вокруг нее умирали один за другим, их кровь впитывалась в болотистую почву вместе с дождем.