– Как только вы пройдете чуть дальше, сработают датчики движения и в вас полетят дротики с мутагеном. Который из червей с Левиафана, только измененный – но это не делает его лучше. Дротики будут лететь отовсюду, вы не уклонитесь! Финтон знает про то, что случилось на Левиафане и чем это грозит, для него достали информацию!

Ей казалось, что данных теперь достаточно. Легионерам не так уж просто причинить вред, но таким путем можно, тут Финтон не прогадал. Вот только Рафаль не был впечатлен:

– Думаю, угроза не так уж велика. Мутаген частично изменен, это уменьшит его эффективность. У номера 7 есть определенный иммунитет после случая на Левиафане, а я справлюсь и так.

– Не советую рисковать, это поганая штука, – предупредил Триан.

– У нас не остается выбора, господин Триан, – вздохнул номер 1. – Корабль по-прежнему движется, мы летим туда, куда ему нужно. Это недопустимо.

Рафаль мог сколько угодно изображать неуверенного парнишку, перед всеми склоняющего голову. Он никогда не забывал о том, кто здесь номер 1, и готов был использовать свою власть. Не дожидаясь согласия Триана, он шагнул вперед, активируя ловушку.

Для Альды воспоминания о Левиафане были одним из худших кошмаров. Это остальные могли думать, что Триан попросту притворялся, в очередной раз что-то изображая. Она прекрасно знала, что все было по-настоящему. Он чуть не умер там – и мог умереть здесь! Она вспомнила сломанный мир, свое отчаяние, тот жуткий момент, когда все почти сорвалось…

Она не могла позволить этому повториться. Просто не могла. Ее ужас был настолько сильным, что, когда ловушка сработала, все получилось само собой.

Дротики, направленные на Триана, застыли в воздухе, так и не коснувшись легионера. Те, что летели в Рафаля, угодили в цель – не менее пяти. Но возле Триана они покорно остановились, а потом повалились на пол.

Альда не могла такого сделать. Да, весили дротики немного – но они летели со всех сторон, слишком мелкие, чтобы перехватить их все одновременно, слишком быстрые, ее способностей никогда бы не хватило. Но она все равно это сделала. Дар, подводивший ее десятки раз, сегодня решил ее удивить… А может, цель была настолько важна, что отрицала любые «невозможно».

Нужно было радоваться, и Альда хотела – но не успела. Когда первое удивление отступило, она почувствовала боль. Уже зная, что случилось, и все равно не веря, что такое возможно, телепатка посмотрела на источник этой боли – и обнаружила в собственном плече два дротика. Атаку, обращенную на саму Альду, она тоже отразила – но не до конца. Видно, за себя она беспокоилась меньше, чем за него.

Это была ситуация, когда нельзя почти победить – можно только проиграть. Альда не сражалась с мутантами на Феронии лично, но видела чужие воспоминания о них. На Левиафане мутаген был выведен, чтобы давать людям силу. На Феронии он порождал чудовищ, и теперь такая участь неизбежно ожидала Альду.

Паника нахлынула сразу, разгоняя пульс, заставляя дышать чаще. Это ведь было хуже, чем любое ранение, хуже, чем смерть! Умирать Альда не хотела, но уж лучше так, чем превратиться в какого-то выродка, которого Триан вынужден будет убить.

Она слышала, как закричал Рафаль, но пока не смотрела на него. Ей никак не удавалось отвести взгляд от дротиков в собственном плече. Яд уже введен, он внутри, в крови, ничего изменить не удастся… Тут ни телепатия, ни телекинез не помогут, только смерть, быстрая смерть…

Но если она паниковала, то Триан остался спокоен. Секунда – и он был перед Альдой, дрожащей, задыхающейся.

– Посмотри на меня, мелкая, – велел он. – Не думай об этом, все хорошо.

Она не могла… Не думать не могла и посмотреть тоже не могла. Она чувствовала, как яд расползается под кожей, движется в ней.