К сожалению, вышвырнуть Крейн вон было нельзя, приходилось терпеть. Чтобы не поддаваться страху, Саломе попыталась думать только о работе, однако и это не помогло. Сначала у них ничего не было. Потом кое-что появилось, но легче от этого не стало.

– Анализ точен? – нахмурилась Саломе, глядя на экран компьютера. – Перепроверьте!

– Это уже третья проба, – указала Крейн. – Результат один и тот же. Если не верите мне, можете взять образец сами.

– Вы мне хамить пытаетесь, Крейн?!

– Да просто говорю…

Прозвучало неоправданно резко, это плохо. Ничего, один раз – не страшно. Саломе нужно было оставаться холодной и невозмутимой, как и полагалось истинному легионеру. Но о какой невозмутимости может идти речь, когда компьютер показывает такое?

Они нашли пропавшего фермера – он был в воде. Но он не утонул, нет. Мельчайшие частички его тела обнаружились при анализе воды из озера. Их невозможно было увидеть, их нашла лишь машина… Точнее, первый анализ просто указал, что в воде присутствуют человеческие клетки. Это Крейн додумалась отыскать на ферме личные вещи Сата Нарифа и использовать их для генетического сравнения.

Компьютер, который не делал поправку на невероятное, все подтвердил. Фермер был растворен в воде.

– Кто-нибудь может мне это объяснить? – поинтересовалась Саломе. Страх чуть ослабил хватку, и голос легионера снова звучал уверенно. – Сарду, это же ваша специализация!

Обычно она общалась с Бастьеном иначе – они давно уже перешли на ты. Но демонстрировать это при Крейн не хотелось, мало ли, какие выводы она сделает, что расскажет номеру 3… Страх лишним не бывает, а он сейчас подсказывал Саломе, что нужно действовать осторожно.

– Если честно, это не совсем моя специализация, – смутился Бастьен. – Я работаю с телом, а здесь тела нет.

– Как он растворился в воде?

– На самом деле это просто очень точное оборудование, – задумчиво произнесла Крейн. – А озеро небольшое… Если бы фермер утонул там, такой реакции не было бы. Но если бы его серьезно ранили, так, что была большая кровопотеря, или расчленили, в воде могло оказаться достаточно биоматериала, чтобы он отобразился на анализе.

– Никакая местная рыба на такое не способна, – указала Саломе. – Если только в озере не поселилось какое-то новое существо… Но тогда дрон должен был обнаружить или труп, или это существо. Сарду, вы ведь проводили исследование?

– Конечно, – подтвердил хилер. – Но там ничего нет, это озеро ничем не отличается от остальных!

– Кроме содержания человеческих клеток в воде, – сухо указала Крейн.

– Вы ставите под сомнение мой профессионализм?!

– Достаточно! – вмешалась Саломе. – Уже слишком темно, чтобы исследовать озеро повторно, мы займемся этим завтра. Может, что-то найдем. А может, окажется, что компьютер ошибся и нет в воде никаких человеческих клеток.

Это было хорошее решение. Оно не противоречило страху: Саломе не рисковала жизнью, но при этом продолжала выполнять обязанности номера 8. Легион наверняка будет ею доволен.

День уже закончился, хотя бы в этом Саломе была уверена. Но так считала только она, поскольку телекинетик не постеснялась барабанить в дверь ее спальни даже в такое время. Хотелось наорать на нее, а еще лучше – ударить. Не зашибить насмерть, просто сделать так, чтобы она отключилась и больше не путалась под ногами.

Но – нельзя, потому что за спиной Крейн незримым призраком все еще маячил Стефан Северин. Пришлось облачиться в спокойствие, как в доспехи, и открыть дверь.