В квартире Эбби опустилась в кресло в гостиной, а Корд прошел в спальню. В ее сознании вихрем кружились их поцелуи, ласки и то, что их ожидает у нее дома.

Эбби рассеянно обвела взглядом комнату и вдруг резко выпрямилась в кресле: рождественская елка Корда стояла вот в этом углу. Она вспомнила и елку, и то, как они занимались любовью на ковре. Ну почему она не может вспомнить все остальное?

Из спальни появился Корд с небольшой сумкой в руках и сообщил, что он готов ехать.

Они рука об руку вышли из квартиры и так же дошли до машины. Шерри встретила их дома радостным восклицанием, что Джейсон вел себя весь вечер как ангел.

— Я провожу Шерри домой, — мягко сказал Корд Эбби, — и вернусь через минуту.

— Я буду ждать, — ответила она, а в глазах сияли сотни пылких обещаний.

Оставшись одна, Эбби взглянула на спящего крепким сном Джейсона, потом поспешила в спальню и зажгла ночник. Отбросив ночную рубашку, она быстро разделась и легла в постель, задыхаясь от учащенного биения сердца. Тело ее трепетало от возбуждения, Корд заполнил все ее мысли и чувства, кроме уже укоренившейся привычки прислушиваться к Джейсону.

Она услышала стук входной двери, потом шаги Корда, приглушенные новыми коврами. Он зашел в спальню и на мгновение замер, очарованный волнующим видом ожидающей его Эбби. Потом начал быстро раздеваться.

Обнаженный, он вернулся к кровати и опустился на раскрытые, зовущие бедра Эбби. Казалось, они не отрывались друг от друга с того первого поцелуя в машине. Чуть изогнувшись под ним, она провела рукой по его телу соблазнительно-интимнгым жестом.

— Сегодня все так, как было в первый раз, — шепнул он, касаясь губами ее рта. — Ты меня тогда околдовала, Эбби.

— Я рада. Возьми меня, Корд. Люби меня.

— Да, моя девочка. — Он поцеловал нежную шею, потом грудь, приник ртом к одному сладостному соску, потом к другому. Эбби застонала и притянула его голову к своей груди, завораживая его нескрываемой страстью. Он наслаждался ее вкусом, ее запахом, всем ее телом.

Любовь с Кордом пронеслась для Эбби ураганом эмоций. От накала их плоти, казалось, вибрировал воздух. Они забыли о предохранении, все было точно так, снова подумал Корд, как той декабрьской ночью.

Эбби очнулась от настойчивых рук, медленно ласкающих ее тело, заманивающих в блаженный мир чувственной неги. Безмолвно, почти во сне, они снова предались любви, так естественно и легко, как будто между ними никогда не было и намека на разногласия.

В два она опять проснулась и, сонная, выбралась из постели, чтобы успокоить Джейсона. Когда ее драгоценный сын был накормлен, переодет и снова уложен, она вернулась в спальню и обнаружила, что Корд даже не слышал призывных криков своего наследника. Она нежно, немного снисходительно усмехнулась и забралась в постель, прямо в раскрывшиеся ей навстречу теплые объятия Корда.

Джейсон снова разбудил ее в шесть утра. Эбби была в спальне одна. Домашняя рубашка Корда висела на стуле, и вся его одежда по-прежнему была в шкафу. Эбби поднялась с постели, накинула халат и заторопилась в детскую. Заспанная, она лишь откинула со лба спутанные волосы и подошла к кроватке Джейсона, приговаривая:

— Ну-ну, мой любимый. Мамочка уже пришла.

Когда вернулся Корд, она сидела на диване в гостиной и держала на коленях Джейсона, поглощавшего свою утреннюю порцию молока из бутылочки. Корд был в спортивных шортах и кроссовках и весь блестел от пота.

Он прикоснулся губами к губам Эбби.

— Доброе утро, солнышко. — Потом он дотронулся до ручки Джейсона. — Доброе утро, парень!

Крошечные пальчики мгновенно обхватили его палец.

Эбби улыбнулась.

— Ты сегодня рано.

— Не мог спать, когда рассвело.