Вчера они даже не занялись любовью. Едва войдя в дом, Скотт схватил ее и начал властно раздевать. Потом стремительно сбросил всю одежду с себя, и они, охваченные желанием, завалились на диван. Возбуждение Эйлин достигло невиданной силы. Никогда еще ее тело не испытывало такого вожделения. И в этот момент Скотт вдруг оставил ее и ушел.

Без сомнения, он сделал это намеренно. Но чего он достиг? Что хотел доказать? Ведь и ему самому было вовсе не легко оторваться от нее. Эйлин чувствовала, как сильно Скотт ее желал, он всегда испытывал наслаждение от ее близости. Их, несомненно, физически влекло друг к другу. Да еще как! Так почему же он неожиданно заглушил чувства?

– Я очень устал, – объяснил Скотт. Подобрал с пола одежду и отправился наверх.

Когда Эйлин тоже забралась в постель, он затаился как мышь, но она знала – муж не спал.

Скотт открыл глаза.

– Что такое? – спросил он, увидев Эйлин.

– Да вот подумала, может, ты захочешь кофе.

Он сел в кровати, протер глаза и потянулся за чашкой.

– Растворимый?

– Нет, я сварила натуральный.

Скотт отхлебнул и скорчил гримасу.

– Растворимый тебе удается лучше.

Не реагируй! – приказала себе Эйлин, он нарочно испытывает твое терпение. Помни, что советовал отец.

– Я так и предполагала, – ответила она. – Пойду, пожалуй, в душ.

Когда Эйлин вернулась, Скотт еще лежал в постели. Она раскрутила обмотанное вокруг тела полотенце, и оно свободно упало на пол. Томными, нарочито медленными, соблазнительными движениями она надела шелковую кружевную комбинацию, пояс с подвязками и черные прозрачные чулки. Но Скотта, похоже, это не возбуждало. Он взял журнал и, уткнувшись в него, потягивал кофе.

– Тебе не нужно рано вставать? – спросила Эйлин.

– На утро ничего не назначено.

Да, за ночь ты не очень-то отдохнул, добавила про себя Эйлин. Хоть и усиленно притворялся.

– Когда ты придешь? – снова спросила она. – Я приготовлю ужин. Вчера не получилось. Зато сегодня гарантирую незабываемую трапезу.

– Да, ту курицу я надолго запомню.

– Прекрасно. Надеюсь, вечером ты приятно удивишься.

– Не сомневаюсь.

Я же знала, что смогу, удовлетворенно думала Эйлин. Главное, чтобы никто не заглядывал через плечо и не говорил под руку. Подойдя к плите, включила таймер: хватит подгорелых блюд!

Скотт появился в шесть, рассеянно чмокнул ее в щеку и пошел наверх. Минут через пятнадцать он вернулся. Его единственный наряд составляло полотенце, обернутое вокруг бедер. Он обнял Эйлин и поцеловал – уже с чувством. Полотенце ослабло, стало соскальзывать, но Скотт подхватил его и улыбнулся жене:

– Ты не могла бы отвести машину на заправку? У меня в восемь деловая встреча, а я еще не успел просмотреть нужные документы.

И, считая вопрос решенным, снова отправился наверх.

Эйлин стиснула зубы. Он что, не мог залить бензин по дороге? Она бросила взгляд на таймер. Оставалось еще сорок минут. Черт возьми, время еще есть! Схватив с крючка ключи Скотта, Эйлин вышла из дома.

Вернувшись, она застала Скотта уже переодетым в джинсы и свежую рубашку. Он сидел перед телевизором. Рядом на столике стоял бокал с виски. Мог хотя бы накрыть на стол, мысленно проворчала Эйлин. Весь вид Скотта свидетельствовал, что он получает несомненное удовольствие от того, что его обслуживают. Интересно, на сколько ее хватит при таком раскладе?

Прозвенел таймер. Эйлин открыла духовку и внимательно посмотрела на запеченную рыбу. Сверху появилась румяная корочка.