Элан подумал, со вздохом вытащил кристальный пепел из собственного тела и принялся осторожно вырезать себе путь, стараясь аккуратно складывать куски породы, что бы производить как можно меньше шума. Работа была не сложной — меч резал камень легко, почти без усилий, однако требовала придельной сосредоточенности: приходилось работать в полной темноте, на слух, двигаясь под наклоном вниз. Плохо положенный камень мог засыпать неосторожного человека, и нужно было быть постоянно начеку…

Когда после очередного разреза внизу открылась пустота, Элан облегчённо скользнул вниз, чувствуя, как от постоянного напряжения мышцы дрожат мелкой противной дрожью, и присел чуть в стороне, весь обратившись в слух. Меч подрагивал в руке, готовый в любой момент вспыхнуть ослепительной молнией удара. Всё было тихо, но темнота вновь сгустилась, превратившись в плотную, почти осязаемую завесу, норовившую сковать движения…

Элан прикрыл глаза, отчаявшись что-либо увидеть, и принялся строить энергетическую защиту. Он никогда не делал это раньше, однако основные принципы знал — то ли отозвался предел, или проснулась память прежних хранителей… Стройные схемы сами пришли в мозг, создавая ажурное плетение, поражающее своим совершенством и законченностью линий…

Силовые поля аккуратно замкнулись вокруг фигуры человека, способные защитить не только от стрелы, но и от удара меча. Многослойные, с отражающей способностью, готовые зарастить пробоину или ответить на чужой удар — своим. Элан нагнетал и нагнетал в них энергию, каким-то шестым чувством понимая, что сегодня все эти сложные построения — понадобятся.

Наконец он аккуратно вернул меч в тело — ему позарез нужен был советчик.

— Как думаешь, я всё правильно сделал?

Кристальный пепел внимательно изучил все энергетические оболочки, окружавшие Элана, хмыкнул и ответил:

— Вполне. Здесь столько мощи, что вполне можно испепелить десяток тварей величиной с буйвола. Правда, одиннадцатая тебя всё равно достанет, если ты, конечно, позволишь ей это. Поэтому, поддерживая всю эту защиту, не забывай о нападении — и держи меня в руке.

Тёмный коридор вёл всё дальше вниз, почти прямой, но неровный, словно проточенный подземными водами. Элан знал, что это не так — жар близкой магмы опалял лицо, заставляя дышать с трудом, стараясь глотнуть поменьше горячего воздуха. Одна из стен коридора была горячей — случайно коснувшись её, хранитель тут же отдёрнул руку и впредь старался держаться подальше. Несмотря на всё возрастающий жар, он не боялся извержения — не сотрясалась земля, не подрагивал под ногами воздух, да и гора обещала погодить… На последнюю его мысль меч в руке ощутимо дрогнул, словно иронично хмыкнул — похоже, он не слишком доверял старушке такого почтенного возраста. «Ляпнет, потом забудет — а ты отдувайся… Коль уж пришла ей в голову такая мысль — извержения рано или поздно не избежать. И лучше в этот момент быть подальше.» Примерно так сказал бы кристальный пепел — однако сейчас он подрагивал в руке, напряжённо разрезая тьму, и приходилось говорить за двоих.

Пол под ногами был пористый, словно разъеденный какими-то кислотами — по нему змеились канавки, твёрдый гранит крошился, словно мягкий туф. Лёгкие щелчки от ломающейся породы заставляли морщиться не только меч предела, но и его хранителя — в густой, абсолютной темноте даже такие слабые звуки разносились далеко, предупреждая здешнего обитателя о незваных гостях. Впрочем, что схватки не избежать, понимали оба. Слишком большой путь придётся пройти по охотничьим угодьям неизвестного монстра.

Через пару часов постоянного спуска Элан расслабился.