— По-моему, не только её. — Элан с трудом ворочал языком. — Что-то снотворное… Он вздохнул и неторопливо завалился на траву…

Разбудил его скрип телеги. Она мерно покачивалась, ровно скользя по накатанной колее. Было мягко и удобно — под ним лежали мешки с зерном, сверху — ворох одежды. Элан поднял голову и огляделся — солнце уже садилось за горизонт, и караван въезжал на какой-то постоялый двор.

— Вы очнулись, почтеннейший. Это замечательно! Будьте уверенны, ваша тайна умрёт вместе со мной! — Олекса тут же оказался рядом.

— Тайна? Какая тайна? — Элан присел и принялся одеваться. Было больно, однако эта была здоровая боль заживающей раны.

— Ну как же! — Караванщик взмахнул руками. — Болтун-трава производит сонное действие только на людей. Значит, в вас течёт кровь не только гнома, но и человека.

Элан нахмурился. Оказываться в зависимости, пусть даже мнимой, у столь меркантильного человека не хотелось.

— Давайте просто предположим, что вы правы — и теперь знаете мою тайну. Ведь из этого есть очень простое решение, вы не находите? — Глядя в глаза караванщику, он позволил себе ухмыльнуться уголком губ, с удовольствием глядя, как отхлынула краска с лица не в меру любопытного человека.

— Я просто сомлел от усталости. Надеюсь, именно это вы сказали своим людям? — Дождавшись неуверенного кивка, он улыбнулся и продолжил: — Думаю, на этом данная тема должна быть закрыта. Навсегда или по гроб жизни — как вам больше нравится. Вы не вскрывали данные мне грамоты?

Караванщик испуганно отскочил:

— Что вы, я бы никогда не посмел…

— Но знаете, что они есть, потому как карманы обшарили, пока я спал. Не стоит лезть в тайны, не связанные с торговлей, почтеннейший.

Олекса торопливо отъехал в сторону.

— Ну, как думаешь, пару дней он продержится?

— Пару — вряд ли. — Меч авторитетно хмыкнул. — Скорее всего, начнёт болтать, как только вы расстанетесь. Однако уж больно много всего — и получеловек, полугном, к тому же берсерк, одетый в непонятные одежды, и тайные эльфийские послания — во что-то одно люди бы ещё поверили… А так — обзовут брехуном, и всего-то делов.

— Значит, не нужно раньше времени выпускать его из виду. — Элан сел на мешках. — Олекса! Вы идёте до самых гор? Я еду с вами — надеюсь, вы не откажете своему спасителю? Я заплачу за проезд, да и лишняя секира вам в дороге не помешает — охранников у вас здорово поубавилось, верно?

Дождавшись неуверенного кивка, он довольно откинулся на мешках.

— Ты действуешь, как гном! — Меч недовольно хмыкнул. — Нет в тебе тонкости, желания плести запутанные интриги…

— Это точно. — Элан зевнул и спрыгнул с телеги, оглядывая внушительный двор, куда они заехали. — Я ещё на земле не любил подобные выкрутасы, предпочитая не замечать мышиную возню вокруг себя. Пойду лучше поищу, что тут можно поесть…

Две недели караван ехал по равнине, подбираясь всё ближе к горам, растущим на горизонте. Как-то незаметно дорога превратилось из обычной колеи в ухоженную, покрытую мелкими камешками тропу, а после и вовсе обернулась торговым трактом, выложенным ровным, аккуратным камнем, со стоками для воды по краям и симпатичными столбиками — указателями.