Бармен улыбнулся:

— Да, ненадолго.

— Проиграл?

— Хм. В выигрыше не оказался, — ответил бармен, наливая в стакан виски.

— Это никуда не годится. Ты ведь говорил, что бросишь.

— О-хо-хо! — Добавив в стакан газировки, бармен с деланным ужасом обхватил руками голову.

— Играешь на бегах? — вступил в разговор парень в берете.

Бармен посмотрел на него:

— А вы, господин, тоже играете?

— Я тоже сегодня ездил в Футю.

— Надо же. Ну и как? — Бармен глянул на него через стойку.

— Я выиграл.

— А какие вы делали ставки?

— В третьем заезде на шестерку и двойку.

— A-a. Значит, на Хаман и Миндокисики. Не ожидали, что Хаман придет первым. Выигрыш — семьсот пятьдесят иен.

— А в следующем заезде — на третий и пятый. Выиграл десять тысяч иен.

— Вот это здорово! Да, это тоже большой выигрыш. Если быть точным, на один билет — восемьсот сорок иен. А я сделал наоборот и проиграл.

— Хорошо ты все помнишь!

— Да как забудешь, если сделал ставку и проиграл!

— Часто ты туда ходишь?

— Не так часто. Если зазеваешься, можно без зарплаты остаться.

— И так бывает. Но что-то я не встречал у тотализатора таких красавчиков, как ты.

— Ха-ха-ха!

В самом деле, бармен, уже изрядно помятый на вид, в молодости, наверно, был любимцем женщин. Его облик дисгармонировал с общей приподнятой атмосферой бара, и, заметив это, Тацуо почувствовал к нему легкую жалость.

Отворилась входная дверь. Официантки обернулись в ту сторону.

— Добро пожаловать, — проговорили они хором.

Две девушки, сидевшие рядом с «беретом», тоже встали. Бармен издали отвесил поклон.

Тацуо тоже невзначай повернулся и посмотрел. Крупный мужчина с красиво причесанными седыми волосами в сопровождении молодого человека прошел в кабину. На нем был хороший костюм. Молодой, судя по его виду, был кем-то вроде секретаря.

Несколько официанток сразу же окружили нового посетителя. Несомненно, это был весьма желанный гость.

Одна из женщин подошла к стойке.

— Ямамото-сан, приготовьте сэнсэю.

— Слушаюсь, понял. — Бармен с готовностью кивнул, взял с полки серую бутылку с американским виски и стал готовить коктейль. Несомненно, он знал вкус пришедшего.

«Сэнсэй»? Тацуо навострил уши.

Кто же он, этот «сэнсэй»? Здесь, в барах Западной Гиндза, часто появляются так называемые деятели культуры. Но этот седовласый джентльмен вроде бы не принадлежит к их числу. Как только он пришел и было произнесено слово «сэнсэй», Тацуо подумал, уж не явился ли Фунэдзака Хидэаки. Но сразу отверг это предположение. Фунэдзака еще нет и пятидесяти.

Та кабинка была на порядочном расстоянии от Тацуо. О чем там говорили, ему было не расслышать. Но разговор, похоже, шел о пустяках. Непрестанно доносился смех. Все это происходило за спиной Тацуо. Обернуться он никак не мог.

«Берет» все так же продолжал с барменом разговор о скачках.

Тацуо подал знак бармену.

— Слушаю. — Бармен прервал разговор и подвинулся к Тацуо.

— Кто этот посетитель? Мне кажется, я его где-то видел.

Но бармен только засмеялся в ответ, показав белые зубы. Отойдя в сторону, он снова продолжил с «беретом» беседу о бегах. Видимо, ему не хотелось называть имя постоянного посетителя какому-то случайному человеку.

Вошли двое с гитарой.