Хонор снова закрыла глаза и глубоко вздохнула, потом выпрямилась в кресле. Повернув голову, она увидела, что офицеры штаба с бледными и напряженными лицами смотрят на нее. Она знала, что они тоже потрясены, так что повернулась к ним и заставила себя улыбнуться и выглядеть уверенно, несмотря на боль в сердце.

Хонор собралась заговорить, но ее перебили.

– Миледи, – тихо сказал коммандер Фредерик Бэгвелл, – соединение Зулу только что сократило до нуля ускорение по отношению к гипергранице. – Он заглянул ей в глаза. – Они больше не убегают, миледи.

Глава 34

Нa флагманском мостике корабля Народного Флота «Завоеватель» было очень тихо.

Их приборам, работавшим на скорости света, потребовалось три с половиной минуты, чтобы передать детали короткого и ужасного боя в шестидесяти трех миллионах километров позади, но исчезновение большинства импеллерных сигнатур боевой группы 14.1 уже подсказало им, какими будут эти детали. Один линкор, тупо думал Томас Тейсман. Только один линкор выжил!

Теперь он знал, кто это – кто, скорее всего, командовал силами противника. Разведка ошиблась насчет того, с какой скоростью Грейсон способен переоборудовать захваченные супердредноуты, но вот насчет местонахождения Хонор Харрингтон они оказались правы, потому что эта жестоко профессиональная бойня была явно в ее стиле. Она опять разделалась с нашим флотом, подумал он. Разделалась одной левой.

Он хотел ненавидеть ее, но не мог. Он ненавидел то, что она сделала с его флотом, и хотел разбить ее, но Тейсман знал саму женщину, не только ее имя. Он видел, чего ей стоило убивать врагов и терять своих людей, и это не позволяло ему ее ненавидеть.

Тейсман понимал, что надо уходить. Операция «Кинжал» только что завершилась – взорвалась вместе с человеком, который ее задумал, и тысячами других жертв.

На этом курсе Харрингтон вполне может захватить его за миллионы километров от гиперграницы, но его линкоры способны обогнать даже ее супердредноуты. Если же он изменит курс на девяносто градусов, то уйдет боковым вектором, и тогда ей никогда его не догнать, и именно это ему следует сделать, но…

Он не удостоил вниманием потрясенное молчание штаба, побелевшего комиссара в соседнем кресле и ввел команду на своей панели. Компьютеры послушно восстановили, что смогли, из короткой жестокой битвы за кормой «Завоевателя», и он прищурил глаза.

– Меган, останови торможение. На секунду начальник оперотдела уставилась на него в молчании, потом она сглотнула.

– Есть, гражданин адмирал.

Тейсман услышал, как она передает приказы боевой группе.

– Что вы делаете? – прошипел ему в ухо Деннис Ле Пик, и он повернул голову, глядя на комиссара со спокойствием, которого на самом деле не ощущал.

– Я думаю – вместо того, чтобы просто реагировать, сэр.

– Думаете? – повторил Ле Пик. Тейсман кивнул.

– Именно. Я думаю, что, возможно, бежать – не лучший вариант для нас.

Ле Пик недоверчиво уставился на него, и Тейсман слегка улыбнулся.

– Это Хонор Харрингтон, – сказал он легко. – Разведка предупреждала, что она на Грейсоне, и она единственный там офицер, у кого хватило бы и нервов, и умения на такое.