Ник кивнул — в знак приветствия и одновременно благодарности. Муцуми Ота за рулем (то есть за неким подобием джойстика со всеми приборами управления, как на «лексусе» с водородным двигателем) вел машину к южному берегу. Туда же, судя по изображениям на мониторах, продвигались две-три сотни пехотинцев и три танка.

— Этот «ошкош» может уничтожить танки? — поинтересовался Ник, не обращаясь ни к кому конкретно. С ребрами, сломанными в разных местах, каждое слово приходилось выдыхать через боль.

— Нет, — ответил Синта Исии со своего места, где он энергично выстукивал что-то на клавиатуре, высвеченной на ветровом стекле: Ник, когда занимал пассажирское сиденье, ее даже не заметил. — Ни одного не может.

— ПТРК? — спросил Ник. Это звучало и воспринималось как молитва.

Сато покачал головой.

— Боевые танки этого типа, — он резко поднес большой палец левой руки к монитору, на котором был виден танк сверху, — оснащены противоракетной системой. Против них у нас нет ни малейшего шанса.

— Воздушное прикрытие? — продолжал спрашивать Ник. — Какой-нибудь вооруженный беспилотник. Или реактивный самолет из Колорадо. Или…

«Ну хоть какой-нибудь deus ex machina?» — подумал он.

Этот литературный термин он узнал от Дары: «бог из машины». Спускается — нередко в корзине — для спасения героев и героинь в ситуации, из которой сами они неспособны выпутаться. Это плохая литература и драматургия, учила его Дара. Но сейчас, пожалуй, было самое время для deus ex machina. Может, даже не для одного бога, а для двух-трех.

— Тут нет воздушной поддержки, Боттом-сан, — сказал Муцуми Ота, который вел «ошкош» назад к южному берегу. Назад к вражеским войскам и танкам.

— Сдаваться? — выдохнул Ник. Это был не столько вопрос, сколько очень, очень настойчивое предложение.

— Оставь один мини-беспилотник на месте и сделай так, чтобы все три его лазера высветили танки, — вполголоса сказал Сато человеку, сидевшему в противоударном кресле: том самом, о которое опирался Ник, чтобы не упасть. — Остальные выведи из пределов досягаемости.

— Хай, Сато-сан, — сказал Синта Исии, быстро набирая команды на клавиатуре.

Ник уставился на экран, но все слова были на кандзи, или хирагане, или как у них это называется.

— Суперлазеры? — спросил Ник, чей голос прозвучал глуповато даже для него самого. — На ваших беспилотниках есть боевые лазеры?

— Нет-нет, — сказал Муцуми Ота, останавливая «ошкош» у крутого берега. — Лазеры самые обычные. Безопасны даже для мухи.

— Окончательные координаты введены? — спросил Сато.

— Хай, — пролаял Синта Исии. — До но кид га канри моэ тэ и масу. Джей-кид во нокоси кума.

Девять лет назад Ник, когда его повысили до детектива первого ранга, вместе с Дарой двенадцать недель ходил на курсы разговорного японского. Но теперь он не понял ни слова.

— Жэ-медведь тотяку дзикан? — пролаял Сато.

«Жэ-медведь?» — подумал Ник.

— Тридцать восемь секунд, — проговорил Синта Исии по-английски, явно для Ника.

Над ними закрутилась башня, горячие гильзы снова посыпались на стальной пол. Наблюдая за четырьмя мониторами, Ник видел, что шеренга пехоты почти достигла южного берега; танки отставали от нее метров на сто. Вместе с танками двигались новые силы пехоты. По видеотрансляции с единственного беспилотника было видно, что бойцы, шедшие впереди, стреляют.