– Нет? Очень уж нерасторопная у нас почта.

– Сделка несовершенна. Чек я не получил. И тебе нечем доказать, что ты послал его мне.

– Но, Тед, я же в Голубом доме. Это что-то да доказывает.

– Это означает, что ты – мой гость. И я вышвыриваю тебя вон.

– Разве так обращаются с гостями?

– Я не получил денег и за корм.

– Их привезут. Десятицентовиками и четвертаками. На грузовике.

– Флетчер, слушай меня внимательно. Я позволил тебе пожить в Голубом доме...

– За бешеные деньги.

– Я вообще не хотел его сдавать. Ты не говорил, что собираешься поселить в нем скрывающихся от правосудия!

– Откровенно говоря, таких намерений у меня не было.

– Это мой дом. Мой. Я не хочу, чтобы его фотографии появились на первых страницах полицейских газет и скандальных журналов.

– Кто бы мог подумать, что вы такой чувствительный.

– Убирайся. Убирайся. И выпроводи всех этих людей. Всех. Немедленно, – в трубке раздались гудки отбоя.

Флетч задумчиво смотрел на телефонный аппарат.

– Величайшее достижение человеческой мысли, – пробормотал он, – создано специально для тех, кто желает оставить за собой последнее слово.

В дверях библиотеки возникла миссис Лопес.

– Принести вам что-нибудь, мистер Флетчер?

– Нет, благодарю, миссис Лопес.

– Кофе? Лимонад?

Флетч взял со стола сценарий «Безумия летней ночи».

– Если я захочу лимонада, я загляну на кухню.

Миссис Лопес улыбнулась.

– Все сейчас спят.

– Кроме мистера Мида. Он собирается в дорогу.

– Я тоже. Пойду за покупками. Как хорошо, когда в доме много народу. И какие люди! – миссис Лопес закатила глаза. – Этот мистер Муни! Какой мужчина! Какой джентльмен!

– Вы слышали об убийстве?

Миссис Лопес пожала плечами.

– Вчера вечером убили еще одного человека. В соседнем квартале, – она махнула рукой на юго-запад. – Тоже пырнули ножом. Но гиды почему-то об этом не упоминают.

– За что его убили?

Вновь миссис Лопес пожала плечами.

– Он что-то сказал. Или не сказал. Что-то сделал. Или не сделал. Что-то имел. Или не имел. Почему убивают людей?

– А может, он был кем-то?

– Tambien <Может и так (исп.)>. Купить что-нибудь особенное?

– Хорошие фрукты. Рыбу. Сыр.

– Естественно. На сколько дней делать закупки?

– Рассчитывайте на три-четыре дня. Как минимум.

Оторвал его от чтения вопль Эдит Хоуэлл. Теперь она орала. Что-то неразборчивое.

Флетч перешел к странице 82. Его тянуло ко сну.

Когда он добрался до страницы 89, из-за угла появился Фредерик Муни.

– Некто в моей постели заявляет, что она – дама, – сообщил он Флетчу.

– Вы жалуетесь? – осведомился Флетч.

– Я бы предпочел женщину, – признал Муни.

– Это Эдит Хоуалд.

– Так вот кто она такая. Я подумал, что узнал ее по какой-то знакомой сцене... Сейчас вспомню... Ну, да, «С первым ударом часов».

– Что последовало?

– Эдит Хоуэлл, не дама и не женщина, – Муни нетвердой походкой направился к Флетчу. – Хотя и в женском обличье.

– Она справилась о вас, как только приехала.

Муни осторожно опустился на стоящий в тени металлический стул.