— Почерк, между прочим, знакомый… — задумчиво произнёс Вениамин.

К Ларионову чуть ли не вплотную приблизилась Стеллка.

— Слушай, а может, у твоего папы есть машина?

— Нет, у моего папы нет машины, — спрятал он записку.

— А может, он много зарабатывает, и ты в семье единственный сын, и тебе ни в чём не отказывают?

— Отец мой зарабатывает немного, сын я не единственный, а в чём мне должны не отказывать? — в тон ей сказал Вениамин.

— Ну, во всём…

Неожиданно раздалась трель свистка. По двору промчался Гусь с чемоданом в руке. За ним гналась дворничиха с метлой:

— Ах ты, хулиган! Вот я тебя сейчас!

Спасаясь от погони, Гусь пересек спортплощадку и вгорячах перепрыгнул через планку на стойках.

— С ума сойти! — изумился Тарас. — Он же перепрыгнул твою высоту!

Преследуемый дворничихой, Гусь перемахнул и через забор.

— Ты говоришь — мою высоту? — сказал Вениамин Тарасу. — Он через забор перепрыгнул с чемоданом и без техники!.. Чудеса!.. А ты представь, если наоборот, без чемодана и с техникой?!

Пока Вениамин и Тарас, взобравшись на забор, высматривали Гуся, Вита подошла к куртке Ларионова, висевшей на ветке дерева, и сунула в карман записку…

Дворничиха, ворча, удалилась, на всякий случай погрозив метлой в сторону забора.

И только тогда Гусь выбрался из-за мусорного бака на соседнем дворе и перелез на свой двор.

— Гусь, ты же дал нам расписку! — сердито подступила к нему Лена.

— А чего она ковры решила выбивать прямо на ваших богов, огрызнулся Гусь, показывая на фанерные "статуи". — Загрязнение среды получается. Вот я охранял ваш свежий воздух.

— Ты бы видела, какой он прыжок сообразил через планку и через забор! — сообщил Ларионов Елене.

— И с чемоданом в руках! Я его прыжок случайно на плёнку снял. Прыжок аж два во! — сжал кулаки Тарас и выставил вперёд два больших пальца.

— Стресс… Ничего особенного, — скептически сказал Вадим. — С испуга можно и не такую высоту взять.

— Вот бы ты и пугался почаще, — посоветовал ему Тарас.

— Слушай. Гусь, а почему бы тебе не заняться спортом? — убеждал его Вениамин. — Вон у тебя какие перспективные ноги… для прыжков… или для бега… А пока бы с нами и побегал, и попрыгал…

— А какой мне хозрасчёт просто так бегать? — проворчал Гусь. Я убегаю только от милиции, а прыгаю — от дворников.

— За милицию и за дворников дают пятнадцать суток, а у нас целый портфель золотых медалей. Побежал бы… и взял… одну… — без всякой иронии сказала Елена.

— Подумаешь, медаль! Что у меня их нет, что ли? — Он раскрыл чемодан, порылся в "хипповых" майках и достал какую-то спортивную медаль на ленточке. — Вот… Взял… и… побежал…

— Ты мне этого не говорил, я от тебя этого не слышала! — Елена торопливо отошла от него. — Не расслабляться! Не расслабляться! Марафон-прыжки продолжаются!

— А медали действительно золотые? — крикнул ей вслед Гусь.

— Золотые, — обернулась к нему Елена. — Мой дядя был чемпионом по прыжкам, из спорта ушёл, а медали подарил нашим олимпийским играм!

Вадим Масюков что-то зашептал Гусю на ухо.

— Ларионов? — спросил Гусь.