— Линия свободна, сэр.

— Какая линия?

— Линия связи, сэр. Кому-то, я полагаю — вашему боссу, не терпится с вами поговорить, сэр.

— Наверное, опять этот чертов робот, — пробормотал Флинн. — Хочет сказать, что нашел новое машинное масло, излечивающее от ревматизма.

— Простите, сэр?

Авианосец набирал скорость, держа курс на Америку.

— Пройдите со мной, сэр.

— Сначала я позавтракаю, — возразил Флинн. — Любой день следует начинать с этого, то есть с завтрака. А потом, если вас не затруднит, я бы хотел поговорить со своей женой.

— Со своей женой, сэр? Прежде чем с боссом?

— Я всегда полагал, что жена — мой самый главный босс, — ответил Флинн.

— О, неужели вы опять звоните насчет крыши? — спросила Дженни, взяв трубку в большом доме на берегу Бостонского залива.

— Как прошел субботний концерт? — спросил Флинн.

— Па, сегодня суббота.

— Понятно. Что ж, желаю всем удачи. Напомни им, что Гендель импровизировал, так что его примеру следовать не зазорно. Твоя мама может ходить и говорить?

— Я ее сейчас позову. Скоро будешь дома?

— Думаю, очень скоро.

В радиорубке английского авианосца Флинн аккуратно расставил завтрак: копченого лосося, гренок, джем и чай — вокруг микрофона.

— Френни?

— Добрый день, старушка.

— Ты здоров?

— Как бык, который не слыхивал о пикадоре.

— Френни, Дженни говорила тебе, что крыша нуждается в починке. Действительно, нуждается. Зима, знаешь ли…

— Я скоро буду дома, тогда и займемся крышей. А пока мне нужна твоя помощь.

Элизабет ждала продолжения.

— Когда я заезжал домой в последний раз, разговор за столом зашел об инфляции.

— Да.

— Меня заинтересовала одна высказанная тобою мысль. Когда слишком много денег, откуда они берутся?

— От правительства.

— Всегда от правительства?

— Естественно.

— Спасибо тебе, старушка.

— Это все?

— Куда уж больше.

Допив чай, Флинн знаком дал понять радисту, что готов к общению с Б. Н. Радист переключил наушники и микрофон Флинна на другую частоту.

— Тринадцатый.

— Это ты, Френк?

— А это вы? — В наушниках он услышал голос Б. Н. Зеро — самого Джона Рея Придди. — Извините что заставил вас ждать. Думал, что рыжий робот начнет уточнять мои расходы.

— С тобой все в порядке?

— Жив и здоров, благодарю.

— Как тебе Россия?

— Я нашел одно место, из тех, куда не заглядывают туристы, где готовят потрясающие супы. Три или четыре разновидности картофельного, один лучше другого, рассольник и, откровенно говоря, сэр, лучший русский луковый суп, который мне когда-либо доводилось есть. Я бы привез их вам на пробу, особенно луковый, но побоялся, что он не переживет перелет, тем более что пилот вертолета решил поупражняться в фигурах высшего пилотажа.

— Спасибо, что вспомнил обо мне. Чем еще ты занимался в России?

— Обновил мой шахматный багаж. Везу с собой два или три дебюта, которые точно поставят в тупик старину Коки. Во всяком случае, удивят его. Если бы я задержался в России чуть дольше, то точно стал бы чемпионом Соленска.

— Ты нашел этого фальшивомонетчика, Сесила Хилла?

— Да.