— Ну, как он все воспринял? — спросила Милочка. — Очень расстроился?

— Убит горем, — ответила Флер.

— Ах вон оно что. — Она помолчала. — Мне в самом деле жаль, очень. Но, знаешь, спасать себя нужно самой. Вот в чем загвоздка. Он медленно убивал меня. Мне нужно было уйти.

— Ты уверена, что действительно этого хочешь? Ну а если ты бросишь Ричарда и вернешься к Сергею?

— Нет. Мне, конечно, жаль, что ты не одобряешь мое решение, Флер, но я не вернусь. Даже если бы рядом со мной не было Ричарда. Я никогда к нему не вернусь.

— Не знаю, как сказать ему об этом, — вздохнула Флер.

Милочка коснулась ее руки.

— Извини, но это я оставляю тебе. Ты — единственный человек, которому я доверяю.

— Лучше сообщи ему обо всем сама.

— Я написала Сереже письмо — это облегчит твою задачу. А второе отцу — ты отправишь?

— Разумеется.

— Спасибо тебе. Ты — настоящий друг. Я люблю тебя. — Она отдала ей письма. Молча Милочка наблюдала, как Флер убирала их в карман. Потом спросила: — А ты что будешь делать? Собираешься ли возвращаться в Англию?

— Не знаю. Не знаю, что буду делать.

— Хорошо, я тебе сразу напишу, как только приеду в Лондон, — обо всем на свете. Боже, как прекрасно путешествовать. Только подумать — я собственными глазами увижу Лондон! Когда закончится война, мы обязательно снова встретимся, неважно где — в России или в Лондоне. Теперь мы с тобой сестры, нам нельзя расставаться навсегда. Ричард обещал привезти меня в Гроув-парк, в имение, где ты выросла. Помнишь, как ты мне рассказывала о нем, о саде, о реке, обо всем? — Флер только кивнула в ответ, а Милочка, закусив губу, продолжала: — Не хочешь что-нибудь передать?

— Конечно. Ричарду, — начала было Флер, но вдруг задумалась. Ну что она скажет Ричарду? Что она скажет ему сейчас? — Передай ему, что я люблю его. И пусть хорошенько ухаживает за моей лошадью. Обещаешь, Милочка?

— Да, конечно! А ты, ты позаботишься о моих собачках? — Глаза ее вновь увлажнились. — Как я по ним скучаю! Как мне хотелось бы взять их с собой. Но там, в вашем климате, они непременно умерли бы. Люби их за меня, Флер.

Из густой тени послышался обращенный к ним звук — глухое покашливание.

— Ну, мне пора. Мой проводник проявляет нетерпение. Его, конечно, накажут шпицрутенами, если узнают, что он принимал участие в этой вылазке!

— Погоди. Вот возьми и мою шляпку.

— Какое чудо! Меховая шляпка. Не могу и передать тебе, как там было холодно. Миллион раз тебе спасибо! А теперь мне в самом деле пора. Да благословит тебя Бог, любимая моя Флер! А Сереже скажи — скажи ему, что мне очень жаль.

Милочка, надевая на ходу подаренную шляпку, быстро зашагала к разбитой задней стене, где маячила фигура охваченного тревожным беспокойством солдата. Вдруг, обернувшись, она тихо крикнула своим озорным голоском, в котором Флер уловила злобные нотки:

— Знаешь, выходи за него замуж, даю тебе свое благословение! Ведь ты всегда хотела заполучить его, разве не так?

Через несколько секунд она растворилась в чернильной темноте.

 24

Флер несла на подносе завтрак графу, когда из гостиной ей навстречу вышел Егор. Взяв у нее из рук поднос, он сказал:

— Я все сделаю, барышня.