— Миша, простите, не знаю вашего отчества, — вмешалась Света, — может, пока больную не стоит волновать?

Нет, ты посмотри, какая змея, — больная! Наверное, пока Таня будет смиренно лежать под пледом, ее так и будут воспринимать. Она отбросила плед в сторону и села на диване. Надо сказать, в голове еще шумело.

— Ее уже взволновали, — заметил Михаил, — и вряд ли мы можем сделать ей хуже. Уж мне ли не знать Татьяну Всеволодовну! Мы выйдем во двор, а она за нами следом потащится. Давайте уж рядом с ней посидим и вместе поразмышляем, что могло случиться.

«Потащится»! Как бывший супруг о ней пренебрежительно говорит! Увы, ссориться сейчас с ним Тане не с руки, потому она решила пропустить мимо ушей его слова.

— Кстати, а где твой муж? — вдруг спросил ее Мишка. И этот тоже говорит «кстати».

— Совсем некстати, — огрызнулась Таня. — Считаешь, мы без него ничего не сможем выяснить?

— Я просто так спросил, — криво ухмыльнулся тот, и Таня поняла, что бывший муж на что-то намекает. — Ведь не всегда совпадения на чем-то основаны. И наоборот…

Светлана как-то странно на него посмотрела, но ничего не сказала.

— Он предупредил, что сегодня придет поздно, — сухо вымолвила Таня.

Для обоих, потому что и Светка с интересом уставилась на нее: что скажет? Вообще у Тани создавалось впечатление, что Светлана знает гораздо больше ее. Причем именно о Танином втором муже. Но ни за что не скажет. Вон смотрит своими серыми глазищами и молчит.

— Я всего лишь поинтересовался на тот случай, если выяснится, что у твоей сестры забарахлила машина и она позвонила Каретникову.

— По-моему, это вполне логично, — встряла Светка. Без нее тут не разберутся!

Услышав невольный вздох, Таня посмотрела в угол комнаты, где сидела Шурка.

— Александра, иди к себе.

— Мама, ты все время забываешь, что я уже взрослая.

— Взрослая, — кивнул Михаил, — кто спорит, но сейчас мы с твоей мамой обсуждаем нечто не предназначенное для твоих ушей.

— Если бы ты знал, папа, сколько мне приходится слышать того, что не предназначено для моих ушей. Вот, например, на днях я слышала один очень странный разговор между тетей Машей и Леонидом Сергеевичем…

— Ты подслушивала? — неприятно удивилась Таня.

— Вот еще, подслушивала! — дернула плечом Александра. — Я услышала нечаянно. Вспомни, ты послала меня снять высохшее белье. Так что папа употребил слово «кстати» очень кстати.

— Ты говоришь загадками, — сухо заметила Таня.

— Мало ли, — торопливо вмешалась Светлана, — услышала и услышала. Какое это имеет отношение к отсутствию Маши?

— Не знаю, — протянула Саша, — может, и имеет.

— И о чем говорила Маша с Леонидом Сергеевичем? — спросил Михаил. — Надеюсь, ничего ужасного для ушей юной девушки.

— Не юной, а молодой, — поправила Александра. — Юные — говорят о подростках.

— Да успеешь ты повзрослеть! — заметила Таня. — Чего тебе так не терпится попасть во взрослые.

— Не терпится, потому что я вовсе не хочу в детстве засидеться, — огрызнулась Александра.

— Это намек? Что ты имеешь в виду?!

— Погоди, Таня, — остановил ее Михаил. — А вдруг именно в разговоре между Машей и твоим мужем кроется причина их обоюдного отсутствия?

Он верно почувствовал, что Тане вовсе не хочется знать об этом разговоре.