— А вы кого-нибудь поймали?

— Нет, потому что никто не появился. Вероятно, они догадались, что мы их ждем.

— Значит, вы совсем не спали?

— Я собирался вздремнуть пару часов после того, как провожу гостей, но вы поломали мои планы.

— Мне очень жаль. — Она провела дрожащей рукой по волосам, ощущая себя полной дурой. — А я считала, что вы надо мной просто издеваетесь.

— Когда вы даже не посмотрели на меня сегодня утром, я и сам засомневался в ваших чувствах, — признался Кэл. — Ваше настроение меняется слишком часто — такого я еще не встречал ни у одной женщины в своей жизни.

— Я попробую быть более постоянной, — пообещала она.

— И это заметно облегчит жизнь нам обоим… Хотя, с другой стороны, сделает ее намного скучнее.

Какое-то мгновение он изучающе смотрел на Алекс — взъерошенная копна белокурых волос, растерянные и виноватые голубые глаза… Стоило их взглядам встретиться, как ее сердце забилось частыми и глухими толчками.

Кэл мягко соскочил на землю, повесил шляпу на луку седла и похлопал Джеда по крупу, чтобы отогнать коня прочь. Подойдя к Алекс, он сделал приглашающий жест, и она послушно вынула ногу из стремени, соскользнув прямо в его объятия. Он поцеловал ее в шею, и она мгновенно вспыхнула, чувствуя себя так, словно по ее жилам течет не кровь, а раскаленная лава. Руки Кэла перебрались с ее талии на груди, а язык приятно защекотал внутреннюю поверхность ее левого уха.

Алекс закрыла глаза, жадно отвечая на его поцелуи. Ее губы шептали какие-то беззвучные и бессмысленные слова, а все тело напряглось, стремясь прижаться к нему как можно сильнее.

Кэл подхватил ее на руки и, пронеся несколько шагов, опустил на траву. Пока он расстегивал на ней рубашку, Алекс сохраняла неподвижность, но затем слегка выгнула спину, помогая ему снять ее с себя. Кэл снова втянул в рот твердый от возбуждения сосок ее левой груди и нежно поласкал его кончиком языка. Он так умело управлял ее желанием, доведя его до высшей точки, что теперь это уже становилось мучительным.

— Довольно! — словно откуда-то издалека услышала она свой голос. — Не надо больше, Кэл!

— Ты же говоришь совсем не то, что думаешь, — с тихим смешком упрекнул он.

Да, это было действительно так. Все тело Алекс жаждало его прикосновений. Она расстегнула на нем рубашку и стянула с плеч. Теперь ее руки могли без помех ощупывать его литую мускулатуру, трепеща от той силы, что была скрыта в ней. Она ласкала ладонями стальные бицепсы, затем медленно прошлась кончиками пальцев по его груди, ощущая сильное биение его сердца и прислушиваясь к его дыханию, которое становилось все более тяжелым.

Кэл прижал ее к себе так, что теперь обнаженные груди Алекс вжимались в его грудь. Его руки ласкали ее спутанные волосы, пальцы поглаживали затылок, и все это сопровождалось непрерывными дразнящими поцелуями, разжигавшими страстное желание, которое буквально рвалось наружу.

Чуть привстав, Кэл быстро расстегнул пояс ее джинсов и, наклонившись, снял ковбойские сапожки. Джинсы легко сползли с ее бедер, за ними последовали и узенькие трусики. Теперь Алекс была полностью обнажена, и, хотя он уже не в первый раз видел девушку обнаженной, в его глазах загорелись восхищение и желание.

Трепеща всем телом, Алекс наблюдала за тем, как Кэл проворно, одной рукой, расстегивает пояс собственных джинсов, продолжая другой возбуждать ее. Стянув джинсы, он лег рядом, осторожно развел своим коленом ее бедра, а затем постарался сделать все так, чтобы самое главное произошло медленно, упоительно и максимально изысканно.

Алекс обеими ладонями обхватила его упругие ягодицы и в тот момент, когда он вошел в нее, глухо и страстно застонала.