У людей, выбравшихся из подземелья, закончились патроны в обоймах миниганов.

— Борись, старая! Мы же с тобой клялись увидеть учителей лично!

В этот миг Шурван всё же подловил юркого человечишку, ударив того в грудь со всей силы. От мощи атаки легкое тельце в полете пробило стену дома трижды и вывалилось с другой стороны, попав прямо под ноги якши. Брахмати ощутил в кулаке саднящее чувство отдачи от удара. Он что, человек из стали?

И в этот момент из-за разрушенного дома полыхнуло такой жаждой крови, что большинство находившихся там якши умерли в первую же секунду. Прямо сквозь пролом в стене на Шурвана бросился человек, чье тело с ног до головы было залито кровью. На каких-то остатках едва теплящейся в теле жизни Энита двинулась вперед, прикрывая напарника от атаки. Новый удар оторвал ей две левых руки по самые плечи.

— Беги, — старуха, растратив последние силы, рухнула не землю. — Беги, Шурван! Он крадет силу великих!

— Энита!

— Там два сознания. Тебе одному его не победить.

Стремительная атака, вдвое быстрее предыдущей, оторвала старухе голову. На плече ее массивного, еще качающегося тела стоял всё тот же залитый кровью человек. Шурван инстинктивно встал в защитную стойку, предугадав действия противника. Костяные щиты на запястьях прикрыли голову.

Удар! Стремительный и мощный. Не по суставам или уязвимым местам, а по крепким костяным щитам. Гулкое ощущение чужой физической мощи эхом пронеслось по телу. Удар. Удар. Удар. Удар. Хлесткий, стремительный и жестокий. Человек, опершись на ноги трехметрового Шурвана, атаковал всё быстрее и быстрее, сбивая кулаки в кровь. Он мог в любой момент коснуться ладонью тела кригера и закончить этот бой. Но он будто намеренно не делал этого, стремясь сломить брахмати своей чистой физической силой. Серия атак, лишенная всякой логики.

Брахмати уже давно усилил свое тело, сжав жизненную силу в мышцах. Уловив ритм ударов, Шурван откинул правую верхнюю руку для атаки, и человек тут же уперся ему ногой в плечо, посылая сквозь пятку поток своей сжатой до предела жизненной силы. Плечо брахмати взорвалось кровавыми ошметками. Секунда промедления, и вторую правую руку последовала та же участь. Две из трех правых рук брахмати теперь валялись на земле.

Затуманенное болью сознание уловило злой шепот.

— Каково это, тварь, когда твою плоть рвут на куски?

— Будь ты проклят, низший!

— Я и есть ваше проклятье. Давай! Сделай меня еще более ядовитым для таких тварей, как ты!

Человек пропустил сквозь пятку еще один пучок сжатой жизненной силы, и передняя опорная нога кригера взорвалась.

— Аура и жизненная сила! По сути, это одно и тоже. Но вы, видимо, не можете ею пользоваться так, как это могут делать Пробужденные. Невероятно сильные тела, естественная броня, коллективное подсознание и возможность создавать области без маны. Вы, твари, будто хищники, созданные из всей неправильности этого мира! Квинтэссенция его злобы, направленная на Пробужденных!

Человек всё также стоял на шатающемся теле Шурвана. Брахмати тянул время, получив телепатический сигнал от усула.

— Ничтожество! Ты и все тебе подобные, человек! В своей жажде могущества вы собираетесь уничтожить весь этот мир.

— Не говори за всех, тварь. Я побывал в семи разных мирах, дабы спасти Землю.

Человек замер и всё же запоздало уловил угрозу, успев сгруппироваться перед атакой усула Виоланто. Появившаяся в воздухе ладонь массивной руки должна была снести голову человека, но встретила на своем пути блок из рук. Противника Шурвана отбросило в многострадальный дом, в очередной раз пробив три стены насквозь.