– Всегда нужно знать, кому подмазать руку, – сказал он, не придавая этому значения.

– Это стоило вам стольких беспокойств и расходов. Вы наверное очень высокого мнения о леди Кэмден? – сказала Мэри, пытаясь спровоцировать его назвать истинные причины его поведения.

– Боюсь, что намного более высокого, чем она думает.

– Может быть, когда я скажу ей все, о чем вы мне рассказали… Но не стоит думать, что Френ уступит и изменит свое настроение, пока не пройдет какое-то время. Она ужасно упряма.

Дивэйн устало улыбнулся.

– И к тому же имеет чертовски своенравный характер, – добавил он.

– Вы еще долго пробудете здесь?

– Пока она не удостоит меня своим вниманием, – ответил он с видом обиженного человека.

Это вызвало одобрение у хозяйки.

– Завтра вечером будет устроен небольшой прием. Миссис Хаддлстон, хозяйка вечера, сейчас как раз у меня в гостиной. Если вы захотите присутствовать на этом вечере, я уверена, она будет рада видеть вас в качестве гостя.

«Френ едва ли сможет что-то сделать, увидев меня в таком благопристойном салоне». Он улыбнулся.

– Не покажусь ли я слишком навязчивым, приняв ваше великодушное приглашение?

Мэри была настолько очарована Дивэйном, что он мог навязывать ей свое мнение по любому поводу.

– Вы будете содействовать успеху этого вечера. Не так уж много у нас бывает таких изысканных лордов. Леди Кэмден, лорд Дивэйн – вот кто войдет у нас в историю.

– Будем надеяться, что записанное в историю не обернется битвой. Может быть, нам пока лучше держать в секрете, что я приду на этот прием?

– Да, прекрасная мысль. Мы тоже не хотим, чтобы Френ продолжала упрямиться и оставалась дома. Где вы остановились, лорд Дивэйн? Я бы пригласила вас погостить у нас, но при сложившихся обстоятельствах…

– Нет, нет, об этом даже и думать не стоит. Я уже устроился в Своне, в Рейгейте. Меня можно найти там, если вдруг леди Кэмден захочет увидеть меня до вечера.

– Хорошо, если я только смогу уговорить ее не дуться на вас. – Она вдруг почувствовала себя достаточно непринужденно с Дивэйном и добавила: – Что же вы такое натворили, что попали в немилость к Френ? Она, конечно, упряма, но нужны обычно серьезные причины, чтобы заставить ее упрямиться до такой степени.

Дивэйн поднялся и поклонился.

– Я должен оставить вашим дамам хоть какие-то основания для сплетен, мадам. Спросите обо всем свою подругу. Это ее секрет и она вправе решать – рассказывать об этом или нет. Но я должен признать, что она имеет довольно весомые основания не доверять мне. И если она посчитает нужным рассказать вам о моем позорном поведении, можете передать ей мои искренние извинения. Я был не прав и глубоко сожалею об этом, о боли, которую ей причинил.

Это было так хорошо и от души сказано, что Мэри улыбнулась, как бы уже простив его, даже не зная о преступлении, совершенном Дивэйном. Она объяснила ему, как добраться до дома миссис Хаддлстон, и сказала, что он непременно получит на следующий день от нее приглашение.

В тот день удалось сделать немного по устройству благотворительного базара. Вернувшись в салон, Мэри вызвала такую сенсацию, о которой только могла мечтать живущая здесь мать семейства. Конечно, она никому не рассказала об истинной причине визита Дивэйна, но после вопроса – не будет ли миссис Хаддлстон возражать против того, чтобы послать лорду Дивэйну приглашение на вечер – никто уже не сомневался, почему он был здесь. Все предположили, что это было дело, связанное с его интересом к леди Кэмден. Мэри не стала их разуверять.

Разговор перескочил к тому, чтобы подготовиться к достойному приему двух благородных гостей.