Затаившись, Дона дождалась момента, когда оба слуги вышли в кухню через противоположную дверь, и стремглав взбежала по лестнице. Преодолев в одно мгновение коридор, она очутилась в своей комнате.

— Кто там? — услышала она голос Гарри, сидевшего в своей комнате. Через несколько секунд его шаги послышались у ее дверей, и едва Дона успела скинуть накидку, нырнуть в кровать и укрыть ноги пледом, как он уже вломился к ней в комнату — как всегда без стука, одетый лишь в рубашку и брюки.

— Куда, черт возьми, запропастился твой драгоценный Уильям? Томас пришел ко мне насчет вина, а ключи от погреба у Уильяма, и его нигде не могут найти.

Дона лежала неподвижно, с закрытыми глазами. Нехотя повернувшись и сладко зевнув, она с упреком посмотрела на Гарри, словно он только что разбудил ее.

— Откуда мне знать, где Уильям, — капризно проговорила она. — Болтает, небось, с грумом где-нибудь на конюшне. Отчего они не поищут его?

— Они искали! — запальчиво воскликнул Гарри. — Парень как сквозь землю провалился. С минуты на минуту приедут Годолфин и все остальные, а вина нет. Говорю тебе, Дона, я этого не потерплю. Я уволю его, так и знай.

— Не горячись, Гарри, он вот-вот вернется, — примирительно сказала Дона. — Да и времени еще предостаточно.

— Просто возмутительная нерадивость! — не унимался Гарри. — Вот что происходит со слугами, когда в доме нет мужчины. А ты позволяла ему делать все, что заблагорассудится.

— Напротив, он делает исключительно то, что нравится мне.

— Зато мне это не нравится! Рок совершенно прав. Этот малый возмутительно дерзок. Уж Рок-то понимает толк в слугах.

Гарри остановился посреди комнаты, угрюмо глядя на Дону. Лицо его наливалось кровью, в глазах появился масляный блеск. Напившись не до полного бесчувствия, он обыкновенно становился груб.

— Ты выиграл в пикет? — попыталась успокоить его Дона, но Гарри только передернулся. Он подошел к зеркалу, поглядел в него и надавил пальцами на набрякшие мешки под глазами.

— Мне никогда не удавалось обыграть Рокингэма. В конечном итоге я всегда проигрываю ему соверенов двадцать или тридцать, которые отдаю с трудом. Послушай, Дона, ты пустишь меня к себе сегодня ночью?

— А я думала, что этой ночью ты будешь гоняться за пиратами.

— Мы сладим с ними еще до полуночи или чуть позже. Если этот лягушатник действительно прячется где-то на реке, как уверяют Годолфин и Эстик, то его ждет собачья участь. Отсюда до самого побережья и с другой стороны реки — везде расставлены посты. На сей раз ему не выскользнуть из сетей.

— В какой же роли готовишься выступить ты?

— В роли наблюдателя. Но я обязательно приму участие в расправе. А потом мы напьемся и будем веселиться до упаду. Но ты ушла от ответа на мой вопрос, Дона.

— Давай отложим его до наступления ночи. Думаю, после полуночи тебе будет безразлично, куда ложиться: ко мне в постель или под обеденный стол.

— Ты неласкова со мной, Дона.