Друзья пожали друг другу руки, потом Кадзуо пожал руку Ники:

– Я рад, что познакомился с вами. Теперь понятно, почему Джонни так рвался домой. – Кадзуо помахал им и пошел к машине.

– Как все прошло?

Молчание.

Ну и ладно. Она вовсе не собиралась требовать от Джонни отчета о Кадзуо или о самой поездке.

– Не знаю даже, что тебе рассказать. – Он ронял каждое слово в тишину с огромным нежеланием.

– Не хочешь сказать правду? Ты ездил на поиски новой группы?

– Не совсем. Всего я тебе рассказать не могу. – Ни под каким видом нельзя говорить о том, чем занимается отец Кадзуо, это даже не обсуждается.

– Ты шутишь? А как же «правда сделает тебя свободным»?

– «Иногда правда диковиннее вымысла». К данному случаю это подходит больше. Знаешь, поездка закончилась. Вся эта история тоже. Я бы предпочел обо всем забыть.

– Ты заставляешь меня нервничать. Что это было за странное путешествие?

– А если я тебе расскажу, мы не поссоримся?

– Зависит от того, что ты мне расскажешь, – пожала плечами Ники.

Джонни непроизвольно выругался. Было понятно, что все равно придется что-то объяснять.

– Не было никакой группы. Мы ездили, чтобы разобраться с Юрием. Я не хотел, чтобы он снова тебя напугал. Вот и все.

– Так почему ты сразу этого не сказал?

Джонни пожал плечами.

– Просто не хотел вдаваться в подробности после… – он поколебался, – твоего неприятного столкновения с Юрием.

– Потому что я бы попыталась остановить тебя?

– Я так подумал.

– И не ошибся. Они вооружены. О Боже, только не говори, что вы тоже были вооружены!

– Да мы в основном разговаривали.

У Ники хватило ума не спросить его, что означает «в основном». Она всегда была подвержена ночным кошмарам. Но справляться с ночными кошмарами будет очень сложно, если Джонни не расскажет, чего он добился от Юрия.

– Так он от меня отстанет? – В смысле – сможет ли она снова ночевать в своем доме?

– Да. Его больше не будет в твоей жизни.

– Ого! Это отличная новость! А Кадз, видимо, тебе помогал?

– Да.

– И Юрий просто сказал – «ну и ладушки», и вы поехали домой?

– Примерно так.

В это верилось с трудом, особенно когда речь шла о таком человеке, как Юрий. Чтобы убедиться, Ники спросила:

– И ни с кем ничего не случилось?

– Ничего.

– Врешь ты все, – заявила Ники, боясь, что Юрий может опять нарисоваться на ее горизонте. – Ты действительно думаешь, что я поверю, будто Юрий вот так запросто сдался?

– Мы смогли на него надавить, так что обошлось без насилия.

– Но вы были готовы прибегнуть к насилию, – процедила Ники сквозь зубы, думая, не попадали она в ситуацию, которая может кончиться кровопролитием.

– Ничего подобного, – солгал Джонни. – Успокойся. – Он протянул к ней руки, но Ники увернулась.

Господи, неужели Джонни замешан в какие-то дела помимо своей музыки? Может, пора бежать от него без оглядки?

– Я не могу успокоиться, – с трудом произнесла Ники, раздраженно и угрюмо. – У меня все это не выходит из головы. Я живу простой жизнью, точнее, жила, пока…

– Я знаю. Мне очень жаль, что я втянул тебя во все это, – негромко сказал Джонни. – Но послушай, я не хочу с тобой ссориться из-за моей поездки в Цюрих.