— Это боевые корабли? Они принадлежат Гринжи?

— Нет, капитан! Это транспортники. Транспортом ведает семья Сурано.

— Да что у них за фамилии такие? Что не семья, то мафия! — усмехнулся я. А что еще оставалось? Не плакать же от увиденного.

— Мне кажется, что это полноценная блокада планеты, — выразил своей мнение Шен. — А точнее, попытка оккупации. Эти транспортные корабли могут доставить сюда что угодно, но сомневаюсь, что они привезли продукты питания.

— Стоп! — попытался я остановить дальнейшие разговоры, чтобы не упустить мысль. — А как они сюда попадают? Неужели все эти громадины месяцами шарят по ближайшему космосу после прыжка?

— Ты о чем, Фредди? — удивилась Саманта.

— Я о том, что для переброски всей этой флотилии потребовались бы долгие месяцы, если не годы. А они, наверняка, скачут туда-сюда за пополнениями запасов чего-то, что бы они сюда ни возили. А значит, тут есть вероятностный корректор прыжков. Значит, их уже три, — сделал я логичное заключение.

— Вполне возможно, — согласилась Тал. — И что нам это дает?

— А то, что, если его найти и уничтожить, можно прекратить поставки. И мы же все понимаем, что эти корабли под завязку набиты оружием, а не туристами?

Товарищи неодобрительно посмотрели на меня, а я продолжил:

— Нет, хорошо, не прекратить, а хотя бы превратить из мощного потока в хилый ручей. И я не говорю прямо сейчас его искать. Я просто высказал мысль.

— Это хорошо, что не сейчас, — сказал Шен. Кажется, все выдохнули. — У нас нет ни оружия, ни систем поиска. Этот корректор может выглядеть, как угодно. Не важно, что он дорогой, он может уместиться в один корабль или вообще оказаться портативным.

— Да, да, Шен, я с тобой согласен. Это просто мысли вслух. Так сказать, планы на будущее.

Мы вышли над дневной стороной планеты. Вся поверхность огромного шара, прямо на наших глазах превращающегося в плоскость, была затянута плотными серыми облаками. Сквозь эту пелену невозможно было ничего разглядеть: ни очертания материков, ни вообще их наличия. Не получилось бы так, что мы рухнем в океан, если облачность окажется не только плотной, но и низкой. Я озвучил свои опасения Талии, на что она только усмехнулась.

Серая хмарь снаружи оказалась даже более плотной, чем я ожидал. Обычно сквозь облака можно было разглядеть хоть что-то, войдя в них и пролетев несколько километров в сторону поверхности, но не в данном случае.

— Тал, как далеко до земли? — не выдержал я.

— До Земли около ста двадцати трех световых лет, — невозмутимо ответил ИИ. — Если, капитан, вы имели в виду поверхность планеты, то до нее около четырех километров.

— Можешь определить, как далеко еще будет простираться этот мрак?

— Да, пожалуй, могу, — произнесла Тал, и мы вывалились из серых туч.

От горизонта до горизонта с самой поверхности в небо уходили столбы дыма. Где-то потоньше, где-то образуя гигантские колонны. Казалось, небо твердое, и мы просто оказались в пещере с низкими сводами, подпираемыми колоннами природного происхождения. Словно сросшиеся сталактиты и сталагмиты в гроте. В голове всплыло слово сталагнат, но я не был уверен, что память меня не подводит.

Между серыми сводами неба и черной выжженной поверхностью то и дело проскакивали синие молнии электрических разрядов.

— У них тут что, ядерная зима в самом разгаре? — спросила Саманта.

— Нет, — ответил Шен, — Похоже, что тут ядерная война в самом разгаре.

Он указал рукой куда-то в сторону, и я увидел вырастающий из земли гриб взрыва.