— Вот те раз… — покачал головой нарком.

— Что-то случилось, Михаил Васильевич? — спросил стоящий Триандафилов, всецело поглощенный испытаниями.

— А куда он делся? — спросил Фрунзе, указав рукой туда, где стоял странный гость.

— Кто?

Михаил Васильевич хотел было показать кружку, но ощутил, что ее в руках у него нет. Еще раз глянул туда, где стоял дядя Митя. Снег был не притоптан настолько, что никто бы и не предположил, что несколько минут назад здесь стоял кто-то. Да и вкус пива изо рта пропал…

— Отдыхать мне нужно больше, — покачал головой Фрунзе. — За последний месяц едва четыре часа на сон уходит в сутки. Уже мерещиться всякое…

— Так тут, при полигоне, есть и банька, и где поспать сообразим, — включился начальник полигона.

Предложение выглядело соблазнительным. После этой промозглой сырости — банька была бы очень к месту. Да и покушать чего горячего. Сделав себе специально небольшой передых, а то еще как загнанный конь упадет. Поэтому нарком, немного помедлив, ответил ему:

— Банька? Банька — это хорошо. Мест на комиссию то хватит?

— Обижаете, Михаил Васильевич.

— Ну вели протапливать…

— Слушаюсь! — радостно гаркнул начальник полигона и начал отдавать распоряжения, потеряв всякий интерес к испытаниям. Испытания то что? Приходят и уходят. Обыденность. А вот начальство в баньке попарить — дело. Может быть звезд на погонах и не добавит, но сковырнуть тебя с теплого местечка при случае сильно затруднит, ежели все славно пройдет.

Сам же Фрунзе, глянув на слишком уж бодрое поведение БТ-Л на бездорожье скомандовал:

— Авария! Срочный ремонт! Замена МТО!

И закрутилось.

Если легкий танк изначально создавался просто как платформа для семейства разной бронетехники, то БТ-Л — уже как модульная платформа, в которой все что можно было сделать модульным и быстросъемным — таковым и сделали. Насколько это позволяли доступные технологии.

Приняв команду «лягушка», которую сильно напоминал этот тягач, замерла. А к ней поспешила гусеничная «летучка» — штатная ремонтно-восстановительная машина на базе ходовой легкого танка.

Минуты не прошло, как началась движуха, за которой наблюдало высокое начальство. Да не издали, с заявившись под самый борт и осторожно, чтобы не мешать, наблюдавшее за ходом работ.

МТО размещалось в БТ-Л в передней правой части корпуса и отгораживалось быстросменными композитными панелями с асбестовым «подбоем» для защиты экипажа и десанта от жары. Ну и шума поменьше. Да резиновые уплотнители по местам креплений, чтобы дребезжания меньше.

Простые винты-барашки и защелки-эксцентрики.

Раз-раз-раз.

И МТО обнажено, доступное для повседневного обслуживания и прочих работ.

Двигатель и КПП располагались одним модулем на единой раме. И крепились на ней же к посадочному месту.

Несколько минут. И воздуховод с коллектором вывода выхлопных газов отключен. Клеммы электропроводки сняты. Тяги управления двигателем и КПП отсоединены и демонтированы, чтобы не мешались. И сотрудник «летучки» приступал к откручиванию крепежных винтов, сначала привода карданного вала, а потом и самого МТ-модуля.

Ни в коем случае не в «рукопашную».

Для этого у него на «летучке» стоял компрессор и был пневматический болтоверт со сменными насадками.

Пять минут и готово.

На крыше БТ-Л изнутри имелся специальный профиль, за который ремонтник и зацепил небольшую ручную лебедку. Накинул с ее крюка тросики на монтажную раму МТ-модуля. И легко его приподнял с места, несмотря на внушительный вес.