— Кэт, для меня все под запретом. Стражи могут трахать кого захотят, но я? Помнишь, что я сказал тебе по этому поводу? Да. Целибат и я стали очень близки.

— Наверное, ты такой одинокий, — тихо проговорила она.

Гадес моргнул. Одинокий? Эта мысль его не посещала, и не думал, что посещала кого-то ещё.

Хотя, сейчас, подумав над этим, Гадес осознал, что в нём всегда было какое-то странное напряжение, которое он не мог понять. Которое всегда списывал на сексуальность в крови. Но теперь, когда он столько времени провёл с Кэт, его убивало понимание, что это всего лишь вопрос времени, когда он лишится её компании и успокаивающего касания. Чёрт, он даже думать об этом спокойно не мог.

Эти мысли он задвинул подальше.

— Не знаю, был ли я одиноким, но вот похотливым был точно.

Кэт что-то пробормотала, похожее на: «Мне знакомо это ощущение».

Крик снаружи заставил их обоих вскочить на ноги. Гадес подбежал к окну и сделал Кэт знак оставаться на месте, вне поля зрения тех, кто мог прийти сюда с оружием.

— Что там? — спросила она. — Что происходит?

Явно что-то грандиозное. Гадес повернулся к ней и улыбнулся.

— Когда-нибудь смотрела «Властелина колец» или «Хоббита»? Знаешь, как гигантские орлы всегда появляются, чтобы спасти день?

Кэт упёрла руки в бёдра.

— Хочешь сказать, что большие птицы помогают в поисках человека?

Снаружи начали кричать люди.

— Лучше. Прибыли адские гончие.

— Адские гончие едят людей, — заметила Кэт.

— Весело, правда? — Гадес протянул руку. — Пойдём. Я тебя кое с кем познакомлю.

— С адскими гончими?

— Не просто с адскими гончими, — ответил Гадес, схватив её за руку. — А с самим королём. Пошли скажем «привет» Церберу.

Глава 14

Катаклизм в своей жизни — по большей части, за последние несколько дней — видела много устрашающего до усрачки, но огромный, двухголовый зверь, стоящий снаружи, окружённый адскими гончими, большими, как бизоны, но всё равно в половину размера этого зверя, — был одним из самых пугающих существ, с которыми Кэт приходилось сталкиваться.

Чёрный как ночь, со светящимися малиновым глазами и зубами, которым позавидовала бы акула, Цербер одной огромной лапой оставил в траве глубокие борозды. Из повреждённой земли поднимался пар, превращая всё вокруг в пепел.

— Привет, приятель, — поздоровался Гадес. — Что случилось?

Две головы рявкнули друг на друга, а затем левая прижала уши и опустилась на уровень глаз с Гадесом. Из груди зверя вырвалось низкое, дымное рычание.

Гадес повернулся к Кэт.

— Он сказал, что его братья прочёсывают круги в поисках человека, и он заранее извиняется за несчастные случаи.

— Несчастные случаи?

— Большинство адских псов ненавидят ангелов, падших и им подобных. Сам Церб едва меня терпит. Так что, в рядах моих стражей мы можем ожидать потери. — Гадес поднял палку и кинул её, и две адские гончие исчезли размытым облаком чёрного меха. — К тому же, его извинения неискренние. Они больше походили на описание того, какими те бедняги окажутся на вкус.

Кэт не могла сказать, серьёзен Гадес или шутит, да ей и не хотелось знать.

Другая голова Цербера воспроизвела какие-то рычащие звуки и Гадес зарычал в ответ. Так они и рычали друг на друга, пока, наконец-то, Гадес поднял руку и снова повернулся к Кэт.

— Я… гм… я кое-что ранее не упомянул.