|
29 Проснувшись, я ещё несколько минут лежала с закрытыми глазами, думая о том, что могло бы случиться этой ночью, но так и не случилось. Накануне, вопреки всем моим ожиданиям, Олег не проявил должной настойчивости, и в результате мы разошлись спать по разным каютам. Жаль, очень жаль. Ведь так приятно было бы проснуться в его объятиях, и… Я решительно прогнала остатки сна и встала с койки. Уймись, девочка, что-то ты слишком разошлась. Чешется в одном месте, да? Ну, так потерпи. Трофейный крейсер, мчащийся на всех парах к напичканной вражескими кораблями дром-зоне, совсем неподходящее место для любовных приключений. Настенный хронометр показывал 9:17 утра по бортовому времени, которое в точности совпадало с николайбургским. До начала прорыва в дром-зону оставалось чуть более десяти часов. Экран моего терминала был пуст, никаких сообщений не поступало. Значит, всё в порядке. Если бы что-то случилось, меня бы разбудила тревога. Тем не менее для собственного спокойствия я подключилась к рубке управления. Возникшая картинка свидетельствовала, что на корабле действительно всё в порядке - в капитанском кресле вольготно развалился Валько, а Олег сидел на месте второго пилота. Ребята спокойно беседовали, и речь как раз шла обо мне. Поскольку я была командиром корабля, моё подключение осталось незамеченным. - …Замечательная, - говорил Валько. - Во всех отношениях. Но не мой тип. - Рад слышать, что мы не соперники, - произнёс Олег. - И всё же интересно: что тебя в ней не устраивает? - А я не сказал, что она меня чем-то не устраивает. Просто не мой тип. Мне нужна не валькирия, а обычная девушка. Рашель же обычной никак не назовёшь. - Да, она необыкновенная, - с мечтательной улыбкой согласился Олег. Внезапно улыбка его увяла: - Она почти на два года старше меня. - Ну, это самая меньшая из твоих проблем. Куда больше тебя должна беспокоить её сексуальная инфантильность. По женской части она ещё ребёнок. - Ты хочешь сказать, что у неё ещё никого не было? - Наверняка утверждать не стану, но похоже, что да. Впрочем, не исключаю, что она с кем-то разок-другой переспала. Или, может, забавлялась с подружками, хотя это не считается. Но самое главное, что она… Я прервала связь с рубкой и направилась в ванную, на ходу стягивая с себя позаимствованную в Анином гардеробе ночную рубашку. Лицо моё пылало от стыда, а внутри всё клокотало от злости. Ну, Валько, погоди! Я ещё припомню тебе и «сексуальную инфантильность», и твои гнусные предположения насчёт подружек. Ты у меня получишь… Спустя четверть часа, приняв холодный душ, я остыла и пришла к выводу, что сама виновата. Нечего было подслушивать чужие разговоры. Ничего такого пошлого и оскорбительного Валько обо мне не сказал, он просто делился с Олегом своими мыслями. Обычный разговор двух парней, откровенно обсуждающих знакомую девушку. А то, что я слышала их, уже моё личное горе. Высушив волосы и уложив их в незатейливую причёску, я принялась рыться в одёжном шкафу среди Аниных и Сашиных мундиров, подыскивая себе что-нибудь подходящее по росту - что оказалось несколько проблематичным, так как Аня была гораздо ниже меня, а Саша - значительно шире в плечах и талии. Наконец в глубинах шкафа я обнаружила полевую форму - рубашку и брюки синего цвета, которые пришлись мне почти впору. С немалым сожалением я сняла с воротника адмиральские звёзды, но вместо них ничего надевать не стала - в капитанской каюте не нашлось знаков различия для земных мичманов. Затем я позавтракала сандвичами из пищемата и выпила чашку горячего кофе, после чего покинула каюту и поднялась на верхний ярус. |
