-  Да, понимаю. И под каким же предлогом мы получили вид на жительство?

    -  Главным образом потому, что я выразил готовность взять вас на своё полное обеспечение.

    -  За красивые глазки?

    -  Нет, из-за Энни. Она высококлассный инженер сетевых коммуникаций, а в телекомпании, где я работаю, острая нехватка квалифицированного персонала. Я предоставляю ей работу, а вашей семье - жильё. Отныне весь второй этаж целиком в вашем распоряжении. Там есть небольшой холл, две спальни с ванными, кабинет и библиотека.

    -  Вы живёте в этом доме один? - спросил я, окинув взглядом обстановку кухни, которая совсем не походила на холостяцкую.

    -  Нет, у меня есть жена, Ирина. Позавчера я отправил её на недельку погостить у дочери и внучек. Сразу предупреждаю, что она не посвящена в мою подпольную деятельность, хотя догадывается о ней. Когда Ирина вернётся, постарайтесь вести себя как можно естественнее. Я полностью ручаюсь за её лояльность. Если она поймёт, что вы не те, за кого себя выдаёте, то не бросится доносить на вас в царскую охранку, а сделает вид, будто ничего не заметила. Но всё же осторожность не повредит.

    Через несколько минут, когда я уже пил кофе, в кухне появилась Анн-Мари. В отличие от меня, она быстро сориентировалась и сразу вошла в роль: вежливо поздоровавшись с хозяином, потрепала волосы Рашели со словами «Привет, доченька», затем взяла меня за руку и ласково заглянула мне в глаза:

    -  Доброе утро, милый.

    -  Здравствуй, Энни, - немного опешив, ответил я.

    А Руслан Кузнецов удовлетворённо кивнул:

    -  Вижу, у миссис Престон-МакЛейн не будет особых проблем с адаптацией.

    -  Значит, так меня зовут? - сказала Анн-Мари, устраиваясь за столом. - Совсем неплохо. А дальше?

    Потчуя её завтраком, Кузнецов поведал ей то же самое, о чём перед этим рассказывал мне. Потом вручил нам поддельные арранские документы, временные иммиграционные удостоверения (совершенно подлинные, по всем правилам выданные новороссийскими властями) и лазерный диск, где были записаны все подробности нашей легенды.

    Рашель внимательно изучила своё удостоверение личности и с сомнением произнесла:

    -  А не слишком ли вы занизили мой возраст? Восемнадцать лет ещё куда бы ни шло. Но семнадцать, по-моему, чересчур.

    -  Как раз нормально, - сказал я. - В твоём возрасте девушки выглядят по-разному. Одни кажутся старше своих лет, другие - младше. Ты будешь из молодых да ранних.

    -  К тому же, - добавил Кузнецов, - такой возраст позволит нам устроить мисс Рейчел в один класс с интересующим нас молодым человеком.

    -  А-а, - протянула Рашель. - Тогда другое дело. Семнадцать так семнадцать. Постараюсь притвориться малолеткой.

    -  А вот мне прибавили почти три года, - отозвалась Анн-Мари. - В итоге получается, что я родила тебя в двадцать. Как раз нормально.

    -  И дополнительные комплименты вам гарантированы, - галантно заметил Кузнецов. - Теперь будут говорить, что вы выглядите моложе своего возраста не на десять лет, а на все тринадцать.

    В ответ она лишь молча улыбнулась.

    После завтрака мы с Анн-Мари по очереди приняли душ, переоделись во всё чистое (шкафы в спальне были предусмотрительно укомплектованы всевозможной одеждой наших размеров), а затем вместе с Рашелью засели за изучение своей легенды и провели за этим занятием весь день, прерываясь лишь на обед и ужин.