-  Мы просто воспользовались одной из заготовок, предназначенных для внедрения очередных разведчиков, - объяснил он. - Только и того, что слегка подправили ваши имена и добавили в вашу семью дочь.

    Незадолго до полуночи (сутки на Новороссии длятся двадцать пять с хвостиком часов) Рашель, вопреки её же собственному утверждению, что выспалась на несколько дней вперёд, начала отчаянно зевать. Мы отправили её спать, а спустя полчаса и сами решили, что утро вечера мудренее. Впереди у нас было ещё несколько дней для адаптации, так что мы могли спокойно отложить заучивание всех мелких фактов нашей биографии на завтра.

    Как любой нормальной супружеской паре, спать нам полагалось в одной комнате и мало того - в одной постели. За прошедшую неделю мы уже свыклись с этой мыслью и, тем не менее, оказавшись вдвоём в спальне, почувствовали себя неловко.

    -  Хорошо хоть кровать большая, - сказала Анн-Мари.

    -  Да, это хорошо, - неуверенно согласился я.

    Мы немного помолчали.

    -  Ладно, - отозвалась Анн-Мари. - Сделаем так: ты переоденешься в ванной, а я - здесь. Когда буду готова, позову тебя. Договорились?

    Я согласно кивнул, достал из встроенного в стену шкафа чёрную шёлковую пижаму и удалился в ванную. Переодевшись, я почистил зубы и стал ждать. Вскоре, гораздо раньше, чем я рассчитывал, из спальни донёсся голос Анн-Мари:

    -  Можешь выходить, Стив.

    В комнате царил полумрак - верхний свет был выключен, горел лишь тусклый ночной светильник. Анн-Мари лежала с правой стороны кровати, натянув одеяло почти под самый подбородок. Я лёг слева и уставился взглядом в потолок.

    -  Ты спишь на спине? - поинтересовалась она.

    -  Обычно да.

    -  Не храпишь?

    -  Пока никто не жаловался.

    Пауза.

    -  Интересно, - вновь отозвалась Анн-Мари, - мы всегда будем чувствовать себя так скованно наедине?

    -  Не думаю. Надеюсь, мы скоро привыкнем друг к другу.

    -  И как скоро?

    -  Всё зависит от… - Я запнулся.

    -  От чего?

    -  Ну… от наших отношений.

    -  Ага, - протянула она. - Кажется, я понимаю, к чему ты клонишь.

    Я смутился.

    -  Извини, Анн… Энни, я не хотел тебя обидеть.

    -  Я не обижаюсь. А ты действительно хочешь меня?

    -  Если честно, то не отказался бы.

    -  Почему?

    -  Ты очень привлекательная женщина.

    -  И этого для тебя достаточно?

    -  Обычно для мужчины этого более чем достаточно. Особенно, если он свободен.

    -  А ты свободен?

    -  Уже два года.

    -  Я имею в виду не формальные обязательства, налагаемые браком.

    -  Тогда… тогда не знаю.

    -  Ты всё ещё любишь мать Рашели?

    -  Может, люблю. А может, и нет. Не уверен. Любовь вообще странная штука.