— Вам Вадим Немченко звонит, Тарас Васильевич. Соединить?

— Пусть подождет.

Он посмотрел на Гарина.

— Ого! — сказал тот, поднимаясь. — И давно вы дружны?

Петровский усмехнулся.

— Гусь свинье не товарищ, — хмыкнул Тарас. — Последний раз Немченко звонил мне осенью. Постой, я хочу, чтобы ты присутствовал при разговоре.

— Зачем?

— Есть такая примета, Вик, — ответил Петровский. — Если звонит Немченко — жди неприятностей, — он ткнул кнопку селектора. — Соединяй, Лиза.

— Здравствуй, Вадим, — поздоровался Тарас. В голосе его не было теплоты. — Как поживаешь?

— Нормально, — уклончиво ответил Немченко. Его голос по громкой связи звучал немного непривычно. — Мы могли бы сегодня встретиться?

Гарину показалось, что он снова вернулся в осень.

— А есть повод? — спросил Петровский.

— Мне необходима твоя помощь, Тарас.

— Мы не участвуем в ваших разборках, — предупредил Петровский. — И ни на чьей стороне выступать не собираемся.

— У меня просьба личного характера, — помолчав, сказал Немченко. — Это касается Тензора.

— Вот как? — Петровский бросил быстрый взгляд на Гарина. — Мы говорим по защищенной линии, Вадим. Можно подробнее?

— Хорошо, — вздохнул Немченко. — Мне нужен ваш человек, Тарас. Некий специалист, умеющий ввести человека в транс, покопаться в его голове и рассказать потом, что и как этот человек делал.

— Зачем?

— Это касается моей пропавшей дочери и Тензора.

— Пропавшей? — переспросил Петровский. — Ты думаешь, она жи…

— Она — жива! — выкрикнул Немченко.

Гарин нахмурился.

— Хорошо, — осторожно согласился Тарас после паузы. — Она так и не вернулась?

— Нет, помолчав, глухо ответил Немченко.

— Странно, — пожал Петровский плечами. — Ее забрал Тензор, верно? Давно ведь забрал… Где-то…

— Три месяца назад, — глухо произнес Немченко.

— Да, верно. Но Тензор давно уже не появляется на сцене. По некоторым сведениям он покинул страну и занялся самосовершенствованием, по другим — случайно погиб. Может быть, твоя дочь просто из дома сбежала? Ну, знаешь, молодо-зелено…. Любовь-морковь….

Немченко помолчал.

— Нет, Тарас, — сказал он. — Вы все глубоко заблуждаетесь, полагая, что Тензор мертв или сошел с арены. Вы в «Полночи» его, наверное, плоховато знаете. Он не тот, кто отказывается от своих планов. Он всегда во всем идет до конца. И то, что я больше не на его стороне, ничего для него в отношении вас не меняет.

— Вот как, значит, — расстроено произнес Петровский. — Опять проморгали наши аналитики.

Это была какая-то игра, совсем не знакомая Гарину. Он внимательно вслушивался в разговор.

— Человек, которого я хочу проверить с помощью вашего специалиста — мой племянник, — сказал Вадим. — Он исчез вместе с дочерью, а сегодня появился. Говорит, что ничего не помнит. Возможно, он и есть ключ к поимке Тензора. Думаю, что Авалкин вам нужен так же, как и мне?

— Гораздо больше, — ответил Петровский. — Если у тебя к нему вопросы в основном личного характера, то у нас — общего.