— Узнаешь? — прошел он.

— Нет, — помотал головой Роберт.

Саня на мгновение оторопел.

— Хорош дурака валять, — выступил Пузырь из темноты, поигрывая ножом. — Ты чего гонишь-то? Своих не узнал?

— Нет.

Если бы Роберт дернулся, пытаясь освободиться, Саня, конечно, оставил бы все вопросы на потом. Но тот спокойно стоял и с явным недоумением переводил взгляд с Сашка на Пузыря и обратно.

— Мне бы мешок поставить, — после паузы попросил парень. — Тяжело.

Саня убрал руки. На него напал столбняк.

Роберт, как ни в чем ни бывало, открыл заднюю дверь, поставил зазвеневший мешок на сиденье и хлопнул дверью.

— Я вас не знаю, — повернувшись, флегматично произнес он. — Ни тебя, ни тебя. Вы, наверное, обознались, ребята.

Ситуацию спас Пузырь.

— Вот как, — язвительно заметил он. — А машину эту — знаешь?

Упоминание о «девятке» Палтуса сразу вывело из ступора Сашка. Два коронных удара — в нос и в пах — последовали незамедлительно. И когда Роберт, хлюпая кровью, сполз по машине вниз, Саня сурово посмотрел на Пузыря:

— Этого — к нам, — приказал он. — А сам садись в «девятку», поехали.

Они отъехали в соседний темный переулок между двумя развалившимися от времени давно заброшенными домами.

Однако, разговор получился коротким. Внятную беседу испортил вечно горячившийся Пузырь. Распаленный явным недоумением Роберта и его постоянным «не знаю», он принялся истерично размахивать ножом у пленного перед носом. Саня не успел остановить разошедшегося дурака. Он отвлекся на мгновение — по телевизору диктор восторженно заорал: «Гол!» — а когда повернулся, все было кончено.

Роберт лежал у распахнутых дверей микроавтобуса, из его горла торчал нож, а грудь в темноте казалась лакированной.

— Ты чего, б…, сделал?! — возмутился Сашок, ткнув Пузыря в зубы. — Он же нам живым нужен был!

— Поздно, — грустно констатировал Бак, выдергивая нож.

— Тупой гад! — со злостью сказал Саня. — Дурак! В машину его!

— А на фига? — потирая челюсть, поинтересовался Пузырь.

— Что б было «до фига», — отозвался Сашок. — Что ж мы его, тут бросим?

Он достал телефон.

Особой злости к Пузырю он не испытывал. Ему и самому хотелось оборвать все эти глупые «не знаю». Как в детском саду, в самом деле. Но дисциплина должна же быть на работе!

— Я тебя честно предупреждаю, Пузырь, — произнес Саня, набирая номер Немченко. — Шеф на тебя очень обидится. Так что, садись в машину, молись и готовься.

Максим Дронов

Тензор позвонил уже ближе к ночи.

Дронов машинально посмотрел на часы. Было почти одиннадцать.

— Добрый вечер, Максим, — поздоровался интеллигентный некромант. — Это снова вас Тензор беспокоит.

— Добрый, — буркнул Дронов. Он уже собирался спать. — А меня уже насчет вас просветили. Я в курсе кто вы такой и чего добиваетесь, господин Тензор.

— Господин?… Хм… Вы что, там, в «Полночи» поумнели, что ли разом? И чего же я добиваюсь?

— Если коротко, — сказал Максим, — мне посоветовали, с вами не вязаться.

— Не вяжись с некромантом, — фыркнул Тензор. — Что ж, Петровский плохого не посоветует.