Но они всё ещё были живы.

— Стэн! Доклад!

— Множественные попадания, сэр. У нас куча пробоин по всему правому борту. Туда пришёлся основной удар. Генераторы щитов правого борта начиная от носовой оконечности до трёхсотого шпангоута уничтожены. Большая часть вооружения этого борта не функционирует. Но в целом, пока ничего серьёзного. Двигатели и реакторы не пострадали…

— Что по кораблям эскадры? - резко прервал его Мейнрад.

— Имитаторы сработали как надо и отвлекли на себя практически семьдесят процентов всех прорвавшихся ракет. «Мариенбург» не пострадал, сэр. Но мы потеряли тринадцать имитаторов и два лёгких крейсера. «Арталь» и «Принца Эйтеля». «Мариенбург» отделался только парой лёгких попаданий. Мы легко отделались, командор.

Легко? - Мейнрад сглотнул, с трудом способный даже мысленно применить подобное определение к ситуации, в которой более тысячи двухсот человек только что исчезли в одно ослепительное мгновенье.

Мысленно собравшись, он выкинул эти мысли из своей головы. Сейчас у него не было времени думать о мёртвых. Нужно было сконцентрироваться на живых.

— Развернуть нас уцелевшим бортом к противнику. Прикажите капитану Джерхолду разместить «Мариенбург» у нашего повреждённого борта. Они закроют дыру в нашей обороне. Приказ по эскадре - уплотнить построение. Все уцелевшие имитаторы вывести вперёд.

Мейнрад смотрел на огромную волну второго верденского залпа, который уже успел войти в зону поражения противоракетных перехватчиков.

Они ещё не закончили…

Линейный крейсер ВКФ «Эльзас»

Раленберг уважительно хмыкнул. Рейнцы оказались не промах, успешно и похоже практически без серьёзных потерь пережив первый удар его эскадры. Но это было только лишь начало. Вторая волна ракет, выпущенных с его кораблей, уже вошла в зону противоракетной обороны рейнского соединения и уже сейчас было видно, что первый удар не прошел для них бесследно. Плотность противоракетного огня падала. Очевидно, даже со всеми своими ухищрениями, они понесли определённый урон. Из-за завесы радиоэлектронных помех и работы имитаторов тяжело было сказать, насколько серьёзными были их повреждения. Но они определённо были.

А вслед за вторым залпом, будет третий. А за ним четвёртый. Пока всё рейнское соединение не будет перебито.

На мостике раздавались радостные возгласы. Люди были рады наконец отомстить. Выплеснуть гнев, который уже два месяца копился у них в душе. Адмирал лишь покачал головой.

Арнольд не чувствовал ненависти к своему противнику. Он восхищался их мужеством и отвагой. Как и все граждане Вердена, он был шокирован произошедшим в системе Дария и гибелью «Королевы Анны». Но в тоже время, он понимал, что скорее всего никто из тех, кого ему и его людям предстояло убить, не был причастен к тому, что произошло с лайнером. На этих кораблях служили абсолютно такие же люди, которые окружали его самого. Люди, которые принесли присягу и клятву защищать свою родину и государство. И теперь, им предстояло отдать свои собственные жизни, чтобы наглядно доказать. Слова их клятв не были пустым звуком. Раленберг мог лишь догадываться, что испытывали сейчас их противники. Там не было дураков. Они точно понимали, чем всё закончится. Слишком уж неравными были силы.

Но таковы превратности судьбы. Человек решивший посвятить себя этой работе никогда не знает, когда придёт его черёд вытянуть короткую соломинку. Но даже в такой, казалось бы, безнадёжной ситуации, рейнцы продолжали огрызаться.