Ирина видела, как при этих словах, несколько офицеров за спиной Раленберга посмотрели на своего адмирала. Она явственно читала в их глазах страх. Сдерживаемый годами тренировок и опыта ужас, от понимания того, с чем им предстоит вскоре столкнуться.

— Я поняла, Арнольд.

На её глазах Раленберг со спокойным лицом вновь затянулся, но обречённость которой были заполнены его глаза сказали ей достаточно.

Сверидова была права в своём предположении. В погребах платформ «Ундин» было ещё более чем достаточно ракет. Они могли сделать ещё как минимум два столь же апокалиптичных залпа.

Но в этой ситуации, важно было даже не то, сколько ракет они использовали, а что именно это были за ракеты. Самые тяжёлые и мощные, предназначенные для запуска с дредноутов. Их невозможно было использовать на других кораблях из-за необходимости в пусковых куда большего калибра, чем те, что обычно применялись на более лёгких классах кораблей.

Проходи бой по обычным правилам, когда в космосе встречаются два противостоящих друг другу флота, корабли Фредерика Бернхарда действительно никогда бы не смогли контролировать подобное количество выпущенных ракет. Весь его четвёртый флот вряд ли смог бы эффективно управлять даже пятьюдесятью процентами этого чудовищного залпа.

Но это был не обычный бой, где линейные эскадры сходятся друг с другом. Верденцы играли на рейнском поле, а только лишь полный идиот не приготовится к игре на своей собственной территории.

Огромная паутина электронных коммуникаций связывала сейчас все дредноуты четвёртого флота невидимой сетью. Станция «Бальт» была нервным центром этого огромного и смертельно опасного организма. Мозгом, который использовал свои колоссальные вычислительные мощности для того, чтобы систематизировать, распределить и направлять системы управления огнём дредноутов Четвёртого флота через расположенные в системе спутники ретрансляторы.

Для обеспечения дополнительных мощностей, также были выделены все доступные каналы управления с космических крепостей «Померания Азимут» и «Померания Зенит». Эти стационарные укрепления сейчас влились в общую сеть управления боем, предоставляя свои системы наведения для контроля того абсурдного залпа, который приближался к спешно старавшимся удалиться от него линейным крейсерам Раленберга.

С верденских кораблей начали стартовать первые противоракеты. Они буквально сотнями выбрасывались в космическое пространство, озаряя тьмы крошечными вспышками своих маршевых двигателей. Ситуация повторялась зеркально. Сейчас уже верденские корабли оказались в смертельной опасности. Механизмы перезарядки внутри их кораблей работали без остановки, поставляя перехватчики к пусковым практически непрерывным потоком, работая на пределе своих технических возможностей.

За кормой верденского соединения, помеченного на рейнских экранах как «Бандит - 2», вспыхнула вереница новых сигналов. Количество кораблей на дисплеях рейнских тактических офицеров только что выросло более чем в два раза. Имитаторы заняли место в хвосте верденских крейсеров, выступая в роли отвлекающего щита на пути приближающихся ракет. Пространство на сенсорных экранах начало тонуть в бурлящем аду электронных помех.

Приближающееся волна ракет начала рваться, покрываюсь прорехами в тех местах, где перехватчики начали выкашивать рейнские ракеты. Платформы обеспечения прорыва, которых было более полутора тысяч, делали всё что в их силах, чтобы отлечь угрозу от ударных птичек, но задержка связи из-за удалённости от центра управления огнём тоже играла свою роль. Платформы РЭБ работали практически в автоматическом режиме, вспыхивая помехами и пытаясь прикрыть ракеты электронными фантомами.

Но, как и в случае с кораблями командора Мейнрада, это был тот случай, когда количество неизменно превалирует над качеством. Даже самые совершенные системы ПРО верденцев не могли справится с подобной угрозой.