|
Общинники ждали, при них были кони. Сам судья Монтенегро впечатлился и признал свою ошибку: для пламенной воли невозможного нет. Из смехотворной затеи школа превратилась в местную достопримечательность, и власти надеялись ее использовать, когда департамент посетит сенатор. К девяти часам судья на величественном белом коне, субпрефект на великолепном гнедом, алькальд, инспектор, директор Янауанской школы, директора школ Уойласхирки, Чипипаты, Успачи, Тапука двинулись неспешной рысцой под звуки барабанов и труб. Через несколько часов, уже поднимаясь к Айяйо, они услышали крик:
– Пожар, пожар! – А, так-перетак! – воскликнул Валерио. Этими словами он обычно откликался на беду. Остальные молчали. Инспектор Вильяр бормотал: – Ну, это слишком… По какому праву?… Сколько можно?… Школа есть школа! Весь дрожа, он сжимал в руке герб, свидетельствовавший о том, что государство эту школу признало. Запахло святотатством. Судья Монтенегро перекинулся словом с Валерио. В Чипипате народ носился туда и сюда на своих беспородных лошадках, чтобы посмотреть на злодейство. Взглянув на разъяренные лица, субпрефект направился в кабачок Валенсуэлы, где раздавленный горем Кайетано и плачущий Корасма тщетно пытались утишить водкой боль и злобу. – Сеньор, – сказал субпрефект, прижимая шляпу к груди, приношу вам соболезнования, как главе общины. Я понимаю ваши чувства. Это неслыханно. Сегодня же телеграфирую в Серро. Судья Монтенегро мне свидетель. Кто бы ни были поджигатели, они расплатятся! Я накажу их! Общинники молчали. Мрачное молчание сгущалось во тьме. Субпрефект велел Астокури немедленно выехать в Паско. Через три дня новенький зеленый грузовик из префектуры прибыл в Тамбопампу. Из него вышли инспектор полиции Валенсуэла и еще двое, сели на коней и отправились в Чулан. Полицейские власти всей Республики не доверяли неповоротливым янауанкским жандармам. Следователи в толстых пальто, широчайших кашне, больших темных очках приказали созвать народ. Представитель власти собрал человек пятьдесят мужчин, женщин и оборванных детей. Стараясь не испугать их, инспектор Валенсуэла сказал перед опочившей школой: – Префект Паско послал нас сюда, чтобы найти преступника. Вы знаете, что власти помогали вам как могли. Кто-то хочет вызвать конфликт. Мы приехали, чтобы поймать виновных. Ты тут начальство? – Да. – Расскажи по порядку, что случилось. – Да. – Что-то у вас творится. – Да. – Полиции лгать бесполезно. Мы все равно узнаем. Скрывать Не стоит. – Да. – Говори, не бойся. Мы тебя не съедим. – Да. – Ты видел тут чужих? – Да. – Сам видел или слышал о них? – Да. – Ты знаешь их? – Да. – Нет, ты пойми, это все между нами. Никто не узнает. – Да. – Говорили эти люди с общинниками? Кто именно устраивал сборища? – Да. – Как его имя? – Да. – А твое? – Да. – Ты понимаешь, что я говорю? – Да. – Ты идиот или притворяешься? – Да. – Провести меня хочешь? – Да. – Не издевайся, ты! – Да. – Лучше меня не доводи! – Да. – Если еще скажешь «да», я тебя посажу. – Да. – Не доводи меня, сказано! Со мной по-хорошему, и я по-хорошему, но хамства я не терплю. Прекрати долбить! – Да. |
