– Почему ты выглядишь как отражение своих големов?

Миг я не понимал, о чём он говорит, и лишь подняв руку к лицу, сообразил. Плоть голема. Разве Ильмар не видел её в прошлый раз? Хотя нападения тварей больше не были мне опасны, но я продолжал использовать эту защиту. Здесь она оказалась как нельзя к месту: мне не нужно было заботиться о желаниях тела, а спать приходилось на песке и камне. Во всяком случае, у меня перестали болеть бока от жёсткого ложа. А с лица, чтобы глотнуть из фляги, можно и стянуть слой камня.

– Защитное заклинание, частичное единение со стихией.

Уголок рта Ильмара дёрнулся. Он перевёл взгляд с меня на постамент со стоящей на нём пирамидкой, глухо сообщил:

– Планы изменились. Не знаю уж, в чём причина. Думаю и сами Стражи не сидели сложа руки, пытались остановить искажение Великого заклинания.

Невольно я кивнул словам Ильмара. Не в этом ли причина того, что путеводный огонь не только был зажжён, но и набирал силу? Потому и возразил:

– Тем более. Зачем его гасить? Разве там, за горизонтом, уже не появились тёмные? Чего тебе ещё?

– Конечно. – Рука Ильмара скользнула по камню постамента. – Выбирая, кому доверять, ты выбрал Гравоя, а не меня. Неважно, что он садовник, а я гений, верно? – я промолчал, а Ильмар повернулся ко мне и ухмыльнулся: – Что ты вообще понимаешь в основах Астрала и мира, артефактор и големщик?

Я снова не ответил, а Ильмар захохотал:

– Ни-че-го! – ткнул в меня пальцем. – Хорошо. Время уходит, пока я препираюсь с тобой. О чём мы договорились? О том, что едва тёмные прорвутся, мы покажем себя в битве с ними. Поможем Стражам, обратим на себя внимание Кира Нелида. Верно? – не дождавшись ответа, Ильмар повторил вопрос, почти выкрикнув его: – Верно?!

– Верно, – процедил я.

Вот к чему привела моя нерешительность. Я молчал в разговорах, улыбался в ответ на прямые вопросы, позволяя Ильмару самому решить, что стоит за моим молчанием. Оправдываться поздно.

– Время пришло. Ты ещё хочешь показать себя? Ну!

– Хочу.

– Ты думаешь, врагов хватит на всех? Тебя, твоего оазиса, не было в расчётах. Я всё пересчитал, но всё идёт не так, как должно было. Изменение искажено, портал тоже меньше размером, чем в расчётах. Всё портишь ты и твой огонь. Ты хоть знаешь, что именно он сейчас делает?

Ильмар шагнул ко мне, невольно я отступил. Замер, осознав это. Почему? Я боюсь безумия в его глазах или это снова инстинкты мага, что должен держать дистанцию? Мне ли, боевому магу, что временами чаще пользовался мечом, чем плетениями, бояться сближаться? Бояться своего же товарища по училищу. Опомнился я только от боли в стиснутых зубах. Шагнул обратно, стыдясь сам себя.

– Нет, Ильмар. Не знаю.

– Всё исказилось. Мы отщипнули часть Таттвы, но растеряли по дороге половину. Их тянет в наш мир, там сейчас открылся один большой портал и тёмные выходят из него рядами.

Дыхание перехватило, а перед глазами встала площадь в Кеуре, арка портала, бросающая отсветы на пирамиды мёртвых тел и доспехи тёмных. Фигура с вычурными наплечниками снова поднимала руки, грозя смертью всем, кто идёт против неё. Ильмар ухмыльнулся:

– Так ты защищаешь наш мир, следуешь девизу? Кто должен первым встречать врага, боевой маг? Ты или простые жители Гардара?

Я всё же провалился в транс, в тягучее время Саха. Слова Ильмара замедлились, растянулись:

– Или мы гасим огонь, увеличивая наш пробой и ты идёшь со мной. Или… Если нет, то… Зачем ты нам? К чему делить славу с тобой?

Я скользнул ещё глубже, растягивая время, делая чужие слова неразличимыми.