В лагуне было спокойно. В моё время тут был бы шикарный курорт, а сейчас место представляло из себя дикий пляж. На северном берегу виднелись жалкие остатки французского поселения. Полуразрушенные хижины и хлипкий, покосившийся забор из частокола, говорили о том, что место давно покинуто. Высадку на берег я отложил до завтра, уже наступал вечер, а нам, требовалось довольно много времени, чтобы спустить плот на воду. Завтра утром, если позволит погода, мы пойдём за свежей водой и возможно за кокосами, или чего там на этих пальмах ещё растёт. Овощей и фруктов нам очень не хватало, а я боялся цинги, главного врага всех моряков этой эпохи. Любые съедобные растения и плоды, способные насытить организм витаминами были бы весьма кстати, они бы разнообразили наш скудный рацион. Питаться одним мясом и морепродуктами было уже невыносимо. Когда-то, я был прибрежным китобоем, и много общался с чукчами, эскимосами, ненцами, алеутами и эвенками. Эти люди всю жизнь питались только строганиной, кровью и жиром, и признаков цинги у них не было, но это можно сказать отдельный подвид людей, которые отличаются от белого человека, как волк и собака. Цинга — серьёзное заболевание, вызванное недостатком витамина С. По идее, ею должны часто страдать северные народы, испытывающие недостаток в овощах и фруктах. Однако они, никогда этой болезнью не страдают. Всё дело в том, что мясо у них принято есть в сыром виде. Не проходя термическую обработку, оно сохраняет в себе все витамины. Но это не наш вариант, мы находимся в жарком климате, где мясо подвержено воздействию множества микроорганизмов и паразитов. В условиях Крайнего Севера микроорганизмы не выживают, поэтому сырое мясо является вполне безопасным продуктом, ну а для нас, это почти стопроцентный билет на тот свет.

— Дайон, сколько у нас пустых бочек? — во время скромного ужина, когда мы сидели на палубе шлюпа и любовались закатом, спросил я у нашего квартирмейстера.

— Две, господин Виктор, но в остальных вода тоже уже зацвела, поэтому предлагаю поменять завтра воду во всех бочках — ответил мне Дайон, вгрызаясь в твёрдый как подмётка кусок мяса.

— Да, так и сделаем. А чего там за пальмы и что там растёт? Ты же был уже тут — спросил я опытного канонира.

— Кокосовые и финиковые, господин Виктор — охотно ответил канонир — из фиников можно отжать масло, а кокос — это орех с мякотью и молоком! Ох и вкусная вещь я вам скажу! И храниться долго! Нам бы их набрать…

— Во! Правильная мысль! Тоже об этом подумал. Значить завтра помимо воды собираем и финики с кокосами. Берём все, даже не спелые! А ещё нужно поменять подстилки! У меня уже бока болят, всё слежалось и в труху рассыпалось. Если что интересное в поселении чем мы можем поживиться? Может забыли, чего миссионеры?

— Ничего там нет господин Виктор, только голые стены. Миссионеры толи от болезни все померли, толи вернулись назад во Францию, только вот сюда время от времени всё равно корабли заходят, и всё что можно разграбили. Почитай сорок лет поселение пустует, не понятно, как ещё стены держаться — вздохнул канонир.

— Ладно. Давайте спать. Сегодня ночью дежурим по очереди. Зарядить мушкеты и пистолеты, что бы у каждого под рукой были! — почему-то на душе было тревожно.

Уже засыпая на своей жесткой постели, положив на пол рядом с собой два пистолета и саблю, я понял какая мысль никак не могла сформироваться в моей голове! Поселенцы были миссионерами! А это значить, что они шли сюда кого-то обращать в свою веру! Берег не пустынный, по берегам лагуны кто-то живёт. Завтра нужно быть предельно осторожным при высадке!

Проснулся я от непонятного шума.