— Кто стоял на посту?! — я не мигая стоял и смотрел на Дайона.

— Франц, господин Виктор — опустил глаза Дайон — он мёртв.

— Это хорошо! — удовлетворённо протянул я — иначе мне пришлось бы его убить прямо сейчас! Что с Ивом?!

— Помер… — так же тихо ответил Дайон и я скрипнул зубами. А чего я спрашиваю, я же и так это знал…

— Всю падаль за борт! Франца тоже! Ива заверните в кливер и подготовьте к погребению. Если есть раненые, добить! Одеться и перевязаться кто ранен. И готовьтесь, утром мы идём на берег! Мы идём убивать! — я развернулся и спотыкаясь о тела нападавших побрёл в кают-компанию. Адреналин уходил из тела, сабля и шпага в моих руках казались неподъёмным грузом.

Я сидел на нарах Ива, бездумно пялясь в переборку. На ровном месте нас чуть всех не вырезали из-за одного мудака! Ив погиб, прикрыв мне спину, если бы не он, это копьё торчало бы у меня между лопатками. Мы отбились легко, все кроме незадачливого караульного и пацана целы и невредимы. На мне нет ни одной царапины. Но нас осталось всего пятеро!

Сколько я так просидел не знаю. От мрачных мыслей меня отвлёк Дайон, который осторожно вошёл и встал передо мной.

— Чего тебе? — устало перевёл я на него свой взгляд.

— Господин Виктор, позвольте похоронить Франца по-христиански? Он виноват, но за то расплатился жизнью. Не правильно это будет, с дикарями его за борт выбрасывать — умоляюще взглянул на меня Дайон.

— Хорошо, хороните… — безучастно ответил я.

— Мы Ива в парус замотали, по морскому обычаю будем хоронить, али на берегу? — быстро заговорил ободренный Дайон.

— Выйдем завтра в море и там похороним. Нельзя могилу на этом берегу оставлять — вздохнул я — чего там на палубе?

— Всё относительно хорошо господин Виктор, наши, кто жив, все целы, а негров двенадцать штук за борт выбросили. Там возле левого борта две лодки остались, я их тоже приказал поднять на борт. Они не с берега, они с моря зашли, вот Франц и прозевал их — доложил Дайон — светает скоро, что прикажите делать?

— Как рассветёт, снимаемся с якоря и идём в глубь лагуны. Поселение аборигенов должно быть на берегу. Или в лагуне или в реке. Надо его сжечь! — буркнул я — воды мне принеси, умыться надо.

— Сию минуту! — Дайон выскочил на палубу, а я выпустил из рук оружие. Мёртвых не вернёшь, надо жить дальше…

Поселение мы нашли через час, после того как снялись с якоря. Деревня аборигенов стояла на берегу лагуны, возле устья реки. Шлюп остановился напротив поселения, которое казалось абсолютно безлюдным. Одна из трофейных лодок-долблёнок уже была спущена на воду и подтянув её к борту, мы все впятером отплыли от борта корабля, на котором остались только тела наших товарищей. Весь наш арсенал лежал заряженным на дне лодки. Я стоял на носу, и мрачно смотрел на приближающийся берег. Казалось, там нет никого живого, деревня была покинута.

— И всё же может быть стоило бы уйти, господин Виктор? — тихо спросил меня Дайон, ворочая веслом — нас слишком мало.

— Спалим этот гадюшник, и отчалим с чистой совестью — упрямо ответил я — там нет никого, они обгадились от страха и сбежали!

— Остановитесь! Что вам надо?! — вдруг с берега послышался голос на ломанном французском языке с жутким акцентом. Говорящего не было видно.

— Нам нужны те, кто вчера напал на наш корабль! — прорычал я в ответ, взводя пистолеты — мы убьём их и уйдём.