Однако сестра Маддокс опередила ее. Ей было нужно, чтобы Ноэль как можно скорее переключилась на Кори и оставила ее доктора Уильямса в покое.

— Полагаю, что мальчику и его родителям надо дать возможность побыть одним, — твердо сказала она. — Только что звонил швейцар и просил вам передать, что у входа вас ждет машина.

Гэрриет молча прошла в свой закуток и начала вяло складывать последние мелочи в полотняную сумку, принесенную накануне миссис Боттомли.

Из-за двери послышался голос Джона:

— Где Гэрриет?

И Кори:

— Да, где она?

— Я здесь! — крикнула Гэрриет и распахнула дверь.

Кори сидел на краю кровати и держал Джона за руку.

Гэрриет ожидала увидеть его бледным и измученным, но оказалось, что под солнцем Лос-Анджелеса он приобрел шоколадный загар и теперь был красив и недосягаем, как никогда.

Он взглянул на нее и нахмурился.

— Боже мой, сколько же тебе пришлось пережить! Как скверно, что меня здесь не было.

— Я рада, что теперь ты наконец-то приехал, — пробормотала Гэрриет, с трудом сдерживая слезы.

— Спасибо — вот все, что я могу сказать. Сядь. Ты еле стоишь на ногах. Надеюсь, у тебя хватит сил рассказать мне, как все было?

— Кори, внизу ее ждет мой водитель, чтобы отвезти домой, — перебила его Ноэль. — Она пробыла тут четыре дня, и ей уже пора отдохнуть. И потом, нужно забрать Шатти и Уильяма. Сейчас они у Элизабет, но мы же не можем оставлять их у нее навечно.

Кори даже не обернулся.

— Где мама? — сонным голосом произнес Джон.

— Я здесь, милый, — сказала Ноэль и подошла к кровати.

— Где Гэрриет? — спросил Джон.

— Она едет домой, милый.

— Нет! — Джон резко сел в постели, в его голосе зазвенели слезы. — Я не хочу, чтобы она ехала домой! Пусть останется. Я хочу, чтобы она осталась здесь! Я хочу Гэрриет!

— Но я же здесь! — Губы Ноэль плотно сжались.

— Но ты не останешься! — отчаянно выкрикнул Джон. — Ты только обещаешь, что останешься, а потом уходишь. А Гэрриет, она остается.

И он заплакал.

Кори взял его за плечи и уложил обратно на подушку.

— Не волнуйся, старик. Гэрриет никуда не едет. — Он обернулся к Ноэль. — Я попросил Кита подыскать нам временную няню. Она прилетела вместе со мной, а в аэропорту я посадил ее в такси и отправил домой. Она пока посмотрит за детьми. Я подумал, — добавил он, оборачиваясь к Гэрриет, — раз ты была с Джоном с самого начала, ты, может быть, захочешь остаться с ним.

— Да, очень хочу, — прошептала она.

— Но Кори, — нахмурилась Ноэль. — Мне нужно сказать тебе несколько слов наедине.

Гэрриет бросилась в свой закуток и захлопнула за собой дверь. Ее начало трясти, как осиновый лист на ветру. Сейчас Ноэль рассказывала Кори о том, как нехорошо Гэрриет вела себя все это время. Несколько раз до ее ушей долетало слово «истеричка».

Закончила Ноэль язвительной тирадой:

— Представь себе, она жаловалась даже на доктора Уильямса. Но, честное слово, он просто сама доброта: заглядывает каждые пять минут, проверяет, все ли в порядке… Она сама действует на людей отталкивающе, вот и все.

Что ответил на это Кори, Гэрриет уже не слышала. Она упала на кровать, закрыла уши руками и изо всех сил сжала губы, чтобы не разрыдаться.

Минуту спустя вошел Кори. Он закрыл за собой дверь и присел на край кровати.