— Я больше не могу это выносить, — произнес Джек. — Спущусь вниз и закреплю его собственноручно. Мистер Холлар, подайте-ка мне шкимушку и марлинь. Поднимайте колокол.

Колокол подняли. Покачиваясь, он висел у борта, и под одобрительные крики всего экипажа Стивен и Мартин вылезли.

— Боюсь, что мы недостаточно крепко завязали узел, — сказал Стивен.

— Вовсе нет. Вы сделали все великолепно, доктор. Мистер Мартин, я поздравляю вас от всего сердца. Но возможно, на этот раз я займу ваше место. У каждого свое ремесло, знаете ли, капитан на шканцах, а кок в камбузе.

За этим последовал взрыв хохота, моряки стали хлопать кока по спине: они были в таком приподнятом настроении, что едва сдерживались.

Капитану Обри же пришлось преодолеть сильное отвращение, когда он залез в колокол на скамью; выражение триумфального счастья поблекло до мрачной сосредоточенности, и это все, что он мог — Джек ненавидел ограниченные пространства, он ни за что на свете не спустился бы в угольную шахту, и во время погружения сопротивлялся страстному и необъяснимому желанию выбраться из колокола любой ценой, хотя остановка на середине пути для пополнения воздуха и избавление от старого на какое-то время его отвлекла, а когда он ступил на палубу галеры, то почувствовал себя немного лучше — по крайней мере, полностью контролировал положение.

— Мы в точности вернулись на старое место, — сообщил Стивен. — Вот тот сундук, который мы уронили. Давай затащим его внутрь.

— Они все такие же? — спросил Джек, глядя на крепкий сундук с мощными пазами.

— Насколько я разглядел, все точно такие же. Посмотри под обод — там целый ряд подобных тянется в сторону носа.

— Тогда большая глупость использовать линь. Металлические бочечные стропы справятся с ними в момент. Давай поднимемся и захватим парочку. Мы зацепим их за скамью и поднимем ее вместе с колоколом.

Колокол снова подняли и повесили около борта, команда еще раз разразилась приветственными криками, еще громче, чем прежде. Бонден и Дэвис, два силача, отнесли тяжелый маленький сундук на середину квартердека.

— Эй, разойдись, — прокричал боцман, расталкивая нетерпеливо ожидающих, счастливых, плотно стоящих сюрпризовцев, турок и ласкаров.

Плотник пробрался сквозь толпу со своими инструментами. Он опустился перед сундуком на колени, вытащил три гвоздя и откинул крышку.

Сияющие с надеждой лица стали ошеломленными и озадаченными. Более грамотные медленно прочли « Merde a celui qui», нанесенную белой краской поверх брусков серого металла.

— Что это означает, доктор? — спросил Джек.

— Грубо говоря, тот, кто читает это — дурак.

— Это чертовы свинцовые бруски, — завопил Дэвис, в бешенстве размахивая поднятым над головой куском свинца и подпрыгивая с пеной у рта и потемневшим от ярости лицом.

— Отдайте мне другой конец, — любезно попросил Джек, похлопывая его по плечу, — и мы выбросим его за борт.

— Сэр, — робко обратился к капитану Роуэн, — возможно, нам стоит прикупить рыбы?

— Не могу представить, что могло бы доставить мне большее удовольствие, мистер Роуэн, — ответил Джек. — А почему вы спрашиваете?

— Здесь лодка у борта, сэр, человек держит нечто, напоминающее ската с красными пятнами, но он здесь уже довольно долго, и боюсь, что он уплывет, если мы не обратим на него внимания.

— Купите все, что есть, и пригласите его на борт, — ответил Джек. — Доктор, будьте так любезны, расспросите его вместе с мистером Хасаном о ситуации на острове. Это поможет туркам решить, с какой стороны высадиться, а нам поможет оценить положение.

Он отправился в свою каюту, и именно там Стивен нашел его в знойный полдень.