— Твоя выходит. Сейчас. — Кисен.

Молли открыла глаза и повернулась посмотреть на дверь, в это время чья-то ладонь зажала ей рот, и сильные руки уложили ее снова на пол. Крик замер у нее в горле. Она не могла пошевелиться. Чье-то теплое дыхание коснулось ее уха, и сквозь свой страх она услышала чей-то голос, прошептавший:

— Не кричи. Спокойно. Это Саймон. Саймон. Эрика прислала меня.

Он прятался в ванной за занавеской душа и теперь вышел из-за нее, чтобы Молли могла его увидеть. Одной рукой он все еще зажимал ее рот.

Она нахмурилась. Темные волосы, усы, армейская форма. Солнцезащитные очки. Это был не Саймон. Хотя...

Да. Молли всхлипнула и прижалась к нему. Он приложил палец к губам, высвободил свои руки и жестом показал, что она должна сидеть тихо. Затем он оглядел ванную. Она была маленькой и тесной, пространства не больше, чем в четырех телефонных будках, сложенных вместе. Саймон мог развести руки в стороны и коснуться заляпанных стен. Ее не мыли — по-настоящему не мыли — месяцами. Запах в ней стоял, как от букета неподтертых задниц.

Саймон прошел мимо Молли к ванне, нашел затычку и впихнул ее в водосток. Он до отказа открыл оба крана, затем поднялся и встал перед грязной раковиной. Молли оставила фен для волос и трансформатор на краю раковины рядом с ванной. Оба были включены в стенную розетку над треснутым, мутным зеркалом. Саймон включил фен, и, когда тот начал соскальзывать с края, положил его в раковину, где под банным халатом он прятал шприц. Должно быть достаточно шума, чтобы заглушить звуки его с Молли разговора.

Он пристроился рядом с Молли, приблизил губы к ее уху и спросил, ждет ли кто-нибудь внизу этого мужчину из соседней комнаты? Да. Шофер. Кто-нибудь еще? Нет, только шофер. Люди у двери вооружены? Да. Они телохранители. Идет война группировок якудзы.

Больше вопросов не было. Теперь инструкции для Молли. Саймон говорил просто, понятно. Молли, как известно, сообразительностью не отличалась. Не имело смысла что-либо усложнять. Закончив инструктаж, он спросил, поняла ли она. В ответ она кивнула. Саймон надеялся, что, ради их же блага, она на этот раз говорит правду.

Он помог ей встать на ноги и улыбнулся, чтобы подбодрить. Она тоже начала улыбаться, но улыбка, однако, была вымученной. Она начала раздеваться. Как и было приказано. В тот момент, когда она дошла до трусиков, дверь в ванную с треском распахнулась, и на пороге появился Кисен, явно раздраженный.

— Почему твоя не заканчивать?

Молли быстро бросила взгляд через плечо в надежде увидеть Саймона.

Его не было.

Она поднесла руку ко рту, не зная, что делать и забыла все, что ей говорил Саймон.

Кисен сгреб ее грудь, глубоко погрузив пальцы в плоть. Молли вскрикнула и попятилась от него.

Саймон, распростертый, как орел, прижавшийся спиной к низкому потолку ванной комнаты, а руками и ногами упершийся в противоположные стены, наблюдал, как Кисен опустил руку Молли на лобок. Саймону все это не понравилось. Молли не делала того, что должна была делать. Ей надо было завлечь татуированного в ванную комнату, а самой выскочить из нее, и чем быстрее, тем лучше. Для этого и нужно было раздеться, чтобы подманить его поближе к Саймону, потом шприц, и потом бежать от телохранителей.

Стараясь заглушить фен и хлещущую воду, он крикнул:

— Молли, черт тебя возьми, беги!

Все произошло в секунду. Кисен посмотрел вверх. Молли, оттолкнув его, побежала, тряся голыми грудями. Саймон рухнул с потолка.

Для толстяка Кисен среагировал молниеносно. В тот момент, когда Саймон оседлал его, он резко отклонился назад, больно приложив Саймона к раковине с зеркалом. Осколки разбитого зеркала вонзились тому в левый бок.