Студень быстро записывает мои распоряжения и бодро выходит из кабинета. Вслед за ним в дверях появляется Камила. Она шагает уверенно, её взгляд решительный.

— Даня, — говорит она с лёгкой улыбкой, прислоняясь к столу. — Нам нужно решить, где будем праздновать твою свадьбу с Настей.

Я на мгновение задумываюсь и, прикинув всё, отвечаю:

— Думаю, в Москве. Хотелось бы, конечно, устроить всё в Невинске, но это событие слишком важно для Насти. Она выходит из опального рода и становится частью нашего, а такое должны увидеть как можно больше столичных дворян. Это её момент, и он должен быть впечатляющим.

Камила, как ответственная за все организационные вопросы свадьбы, одобрительно кивает. Затем, с игривой улыбкой, присаживается ко мне на колени и целует меня в щёку.

— Какой ты великолепный муж.

— Пока для Насти я лишь «великолепный жених», — замечаю,

— А для меня — муж, — брюнетка снова целует, уже в губы.

В этот момент дверь приоткрывается, и в помещение заглядывает Красивая, грациозно отодвинув створуку лапой. Её янтарные глаза внимательно изучают меня и Камилу, словно оценивают происходящее.

Я отрываюсь от Камилы, усмехаюсь и обращаюсь к нежданной гостье:

— Что-то хотели, сударыня?

Тигрица, выдержав паузу, будто бы раздумывая, стоит ли отвечать, медленно разворачивается. Её пушистый хвост лениво взмахивает в воздухе, и она невозмутимо исчезает в коридоре.

Камила смотрит ей вслед.

— А она всегда так внимательно за тобой следит?

Я лишь улыбаюсь и спокойно отвечаю:

— Она пока не готова нам полностью раскрыться, поэтому просто наблюдает.

Камила, слегка нахмурившись, продолжает:

— Ну, её тигрята-то в полном порядке.

— Это не её тигрята.

Она резко поворачивается ко мне, явно озадаченная.

— Что?

— Те тигрята не её потомство. Красивая просто их нашла и защищала, — поясняю я.

— Ого, — выдыхает Камила, удивлённая. — Ничего себе у тебя интуиция.

Я качаю головой, усмехаясь:

— Это не интуиция, а наблюдательность. У тигрят желтоватый мех с более узкими и длинными полосами. А у Красивой — насыщенно оранжевый с чёрными полосами, которые плавно спускаются по бокам. Это разные виды больших кошек.

Камила смотрит на меня с неподдельным удивлением, видимо, пытаясь осмыслить сказанное.

— Невероятно. Ты меня этим окончательно добил, — шутит она, качая головой.

Мы ещё немного милуемся с Камилой, но она, уловив, что мои мысли постепенно ускользают к рабочим вопросам, с понимающей улыбкой поднимается. Проводив её взглядом до двери, я вздыхаю.

Эх, род — как живой организм. О нём нужно заботиться, как о питомце: кормить, убирать за ним, следить за его «гигиеной». Конечно, пример условный, но суть та же. Даже транспортный портал требует не только магической настройки, но и логистических договорённостей с соседями, а также обеспечения безопасности на дорогах. Хорошо, что Гришка со своей гвардией вызвался зачистить пиратов. За каждое пойманное судно я обещал ему по сорок тысяч. Чем не стимул? И работа сделана, и люди довольны.

Я сижу в кабинете, перебирая бумаги, когда дверь резко открывается, и вбегает Студень. Он запыхался так, словно только что пробежал не квартал, а полгорода. Для физика запыхаться — это редкость.

— Ты откуда так мчался? — спрашиваю, удивлённо приподняв бровь.

— Из города, шеф! — выдыхает он, пытаясь восстановить дыхание. — Засекли вторженцев. И это не обычные наёмники. Это грифонные всадники!

Я тут же откладываю бумаги, напряжённо выпрямляюсь.

— Сколько? — уточняю я.

Студень вытаскивает из-за пазухи фотоснимки и протягивает мне.