Шумная толпа широкоплечих здоровяков несется прямо сквозь лес. Зеленомордые гиганты пыхтят и с рычаниями пробираются сквозь густые заросли, разрубая массивными мечами и топорами крепкие ветви и плотные кустарники. Их мощный единый топот сотрясает землю. Но самое интересное — провожатым является тибетский монах. Очень похожий на Впенделя, только моложе и со шрамами на лице. Неужели перебежчик? Никаких веревок и наручников нет.

Не отставая, я бегу параллельно голове отряда, весь в размышлении, как же поступить. Смутный план постепенно складывается в конкретную тактическую уловку. Да, получится очень даже неплохо. Но первым делом стоит заняться монахом.

Марш-бросок дается тибетцу тяжелее всех. Маленький и худой, он тем не менее не отстает от мощных ракхасов. Но пот ручьями стекает ему на глазу. Немудрено, что он упускает маленькую пси-стрелу, вонзившуюся в подмышку. Ну а дальше слом щитов и взятие разума под контроль. Монах даже не успевает дернуться, как превращается в мою марионетку.

Быстро пробегаюсь по воспоминаниям тибетчика. Эх, предатель, всего лишь предатель. Поклялся Страннику в верности после того, как иномирянин взял монастырь и убил его товарищей. Не буддист, а продажная шкура. Еще и шрамов сам себе наделал зачем-то. Ритуал типа такой. Ну а самое фиговое — таких монахов-перебежчиков немало.

Ну значит, не жалеем этого типчика. Предал и поделом. Не жалуйся теперь.

Первая часть плана выполнена. Принимаюсь за вторую — связываюсь через кольцо с женами.

«Да, Даня? — моментально откликается Света. — Нашел ракхасов?»

«Сложно было бы не найти. Очень уж они шумные, — усмехаюсь. — В общем, передай Фирсову, что равнина отменяется. В паре километров на востоке от лагеря лежит каменное ущелье. Мы его проезжали. Вот на его дно я и загоню ракхасов через полтора часика, а вы тем временем установите огневые точки наверху склонов. Только не в начале, а в середине ущелья. Готовьте встречать гостей пламенным приветом».

«Ого! — Светка впечатлилась. — Даня, а как ты возьмешь под контроль столько много разумов? У тебя же лимит не больше пятнадцати»

Уже двадцать вообще-то, но да ладно.

«Свет, а зачем мне всех подчинять? — удивляюсь. — Я уже захватил только одного — за которым все несутся, как послушные бараны. Ракхасы не знают Тибет, а проводник оказался слабым на щиты».

«Блин, Даня, это же….Гениально!» — восхищается жена.

«Всё, беги к Фирсову» — обрубаю я связь.

Ну а дальше дело техники и терпения. Всё же бегать два часа по лесу вместе с зеленой ордой — очень скучное занятие. В целом же, проще задачи не придумаешь. Всего лишь дергай марионетку за ментальные веревочки.

Монах послушно уводит орду к ущелью. Я не зря приметил именно это место. Глубока широкая расселина разрывает гору почти надвое. Вот сюда зеленая орда и забегает. Сверху над ракхасами нависают почти крутые склоны.

У самом порога ущелья вождь ракхасов явно почувствовал неуютность этого места. Оогромный бугай рычит монаху:

— Разве враги Странника здесь?

— За тем ущельем, вождь, — отвечает моя марионетка. — Затем пересечь еще пару полей и мы будем на месте.

— Тогда веди быстрее, — рычит вождь, скаля клыки.

Сам я прекращаю слежку и наблюдаю на расстоянии. Орда же двигается дальше вглубь ущелья, и вот ловушка схлопывается. На склонах показываются черные стволы пулеметов, минометов и тяжелых громобоев. Град огня обрушивается на дно ущелья. Ракхасы мигом включают защитные артефакты, но силовые поля не способны держаться вечно. А когда еще и Шаровой с Мерзлотником применяют объемные техники, то зеленые теряют десяток за десятком. Ну а когда от ракхасов остается лишь горстка, спрятавшаяся за валунами, то с другого конца ущелья прибегают огры.