— Прекратите нарушать порядок! — вопит она между грозными взмахами. — Иначе я применю силу!

— Тамаровна, ты чё! — орут пьяницы в панике. — Мы же тут часто бухаем! И тебя угощаем… А-А-А-А! Кхм-ммхх…

Два крепких удара вырубают «синяков», а Тамаровна, придя в себя, удивленно хлопает глазами. Еще больше она удивляется, когда мамочки с детьми принимаются благодарить грозную охранницу парка. А мы с альвой покидаем столь чудесный парк.

— Мелиндо! Какие же в твоей стране смелые женщины! — умильно улыбается Лакомка, хитро глянув на меня.

— Ты еще не видела, как они коней на всем скаку останавливают…

Мы выходим с противоположной стороны и немного прогуливаемся по проспекту. Возле одного подъезда замечаем парня, который усердно роется в карманах своего рюкзака, явно что-то ища.

— Где же они… — бормочет он.

Приглядываюсь к нему.

— В брюках, — бросаю я, когда прохожу мимо с Лакомкой под руку.

Парень удивленно смотрит на меня, а потом, нырнув ладонью в карман брюк, выуживает звякнувшие ключи.

— О, точно, — выдыхает он нам в спины.

— Ты заглянул ему в голову, мелиндо? — с любопытством спрашивает Лакомка, когда чуть отдаляемся от подъезда.

— Зачем? — удивляюсь. — Просто у него ключи выпирали сквозь карман.

Уже по дороге домой, в салоне автомобиля, у меня внезапно просыпается мобильник. Экран загорается, высвечивая незнакомый номер.

— Кто это?

— Данила Степанович, вас беспокоит лично хан Серик Ахметов, — звучит сухой голос с казахским акцентом. — Хан Среднего Жуза, если вдруг вы не знаете, кто я. Надеюсь, что такое Жуз вам не нужно объяснять, молодой человек.

— Не нужно, Серик Морхетович, — усмехаюсь. Вот и новый сосед объявился. Средний Жуз владеет землями рядом с Кустанаем. — Чем обязан звонку? Или это просто добрососедский жест?

— Не просто, — обрубает хан. — Вместе с Костанаем вам от Бирюзовых досталась Железная гряда. Это исконные земли моего Жуза. Я требую возврата нашего региона.

— Или что? — спокойно спрашиваю.

— Хм… — немного теряется Ахметов, но тут же бодро доводит угрозу до конца: — Или мы заблокируем все товарные маршруты из Костаная. Вы не сможете вывозить добытое железо, разве что в обход, неся дополнительные издержки.

Мда, и почему я не удивлен? Ахметов боялся связываться с Бирюзовыми, но меня не боится. А всё почему? Потому что никто не знает, что боярину досталось нехилых лещей именно от меня. Ну что ж, зато все знают о багровом Черве и победе над ракхасами.

— А если я уничтожу ваши заграждения, хан? — спрашиваю ровным тоном.

— Русским нельзя воевать с нами, — с превосходством объявляет Ахметов. — Приказ вашего Царя, неужели не знаешь?

Вообще-то можно, просто на это требуется прямое разрешение Львовых. Закон «О коренных народах» защищает эти самые народы от произвола русского дворянства, но не дает им полный карт-бланш. Но в чем-то Ахметов прав, ведь потребуется время на получение разрешения.

— Я-то как раз всё про это знаю, хан. Как насчет личной встречи? — предлагаю.

— Да, я сейчас в Москве, — тут же соглашается хан Среднего Жуза. — Встретимся на нейтральной территории.

Он называет какой-то ресторан, я соглашаюсь, затем, сбросив хана, звоню Грише Калыйр:

— Привет, одноклассник. Мне тут выставил требование твой соотечественник, — усмехаюсь. — Думаю, тебе пора навестить меня. Давно же не виделись, и вот замечательный повод.

— Я только за, Даня! — смеется Гришка. — Заодно гульнем так гульнем!

* * *

На следующий день хана Ахметова ждет сюрприз.