В раздевалке не протолкнуться. Но никто не огрызается и не дерется. Все соблюдают дистанцию. И правильно — агрессию надо придержать до боя. Да и за бой не на арене сразу дисквалификация.

С трудом нахожу свободный шкафчик, закидываю туда рюкзак. Сегодня я здорово потратился на чаевые путанам. Поэтому надо занять как минимум второе место, чтобы компенсировать затраты и остаться в прибыли.

На стене висит электронное табло. Мое турнирное имя светится во втором эшелоне.

— О, дай угадаю твое прозвище! — смотрит на меня высокий веснушчатый парень. — Хоккеист!

— Почти. Красная машина, — качаю головой. Почему бы и не поболтать, правда. Все равно делать нечего.

— Э-э-э…не понял юмора, — хмурится веснушчатый.

— Забей. Это имя для своих. А ты?

— Да я просто Скала, — пожимает он плечами. Я с удивлением оглядываю этого не слишком-то большого парня.– Да-да, сам знаю. Мне не подходит. Ну ничего другого в голову не приходило. Только Скала и еще Дуб. Показалось, что первое круче.

— Интуиция тебя не подвела, — киваю.

Какое-то время разговариваем ни о чем со Скалой. Настоящих имен ни он, ни я не называем. Не думаю, что Скала тоже печется об инкогнито. Просто незачем.

Потом отхожу в сторону и призываю обоих своих пленных цыган. Без включенных сознаний Петши и баро у меня не получается призвать их Дары.

Цыгане пытаются что-то говорить, но я ментальным приказом затыкаю их. Всё же хорошо, что я могу контролировать поглощенные разумы, а то пришлось бы мне несладко. Пленники молчат и только таращат призрачные глаза и хлопают ртами. Я же усиливаю себя. Использую оба Дара, но как это повлияет на результат — вопрос. В спокойном состоянии это возможно. На базе Степана есть тренажерный зал. Я по-тихому баловался там с весами. В сосредоточенном состоянии синергия возникает, да. Но смогу ли применять синергию в бою? Увидим в битве с таким же физиком. Наверняка, среди бойцов есть латентный одаренный. Для него такие турниры легкие деньги. Пока не встретит такого же физика, хе.

Вскоре заходит организатор и велит второй группе выходить. Покидая раздевалку, я бросаю взгляд на табло. Мой соперник некий Меченый.

Всей толпой вываливаемся в октагон. Арену устелили пятью широкими татами. Каждый татами — мини-ринг с одним судьей.

— Красная машина! Меченый! — громко раз-за разом повторяет дальний судья.

Я и еще один парень весь в наколках встаем на стертый до дыр татами. Кто-то здесь уже и кровь пролил, вся поверхность в красных пятнах. Поединок наших предшественников вышел жарким.

— Объясняю правила, — быстро говорит судья. — Деритесь как хотите. Бейте куда хотите. Вылет за татами автоматически значит проигрыш. А так деретесь, пока один не сдастся либо не упадет без сознания, либо не умрет.

Просто и доходчиво. Жестковато как по мне, но объяснимо. Убийства прибавляют зрелищности поединкам. А с полицией и магистратом организаторы, наверняка, договорились. Всё же эта страна пока далека от нормального правового государства.