— Миллиард? — офигевает Гриша. — Такую сумму даже представить сложно.

— Ага, бандитам тоже понравилось, — киваю довольно. — Вон как за тебя взялись. Костей не пожалели. Ну пойдем, я давно уже хочу спать.

— Да, я тоже устал, — признается Гришка. — Ты-то с одной брюнеткой «боролся», а я с целыми двумя. И сейчас, — он кивает на стонущих на земле бандитов. — Тоже с двумя.

— Ладно, пошли, герой-любовник, — хлопаю казаха по спине, и мы удаляемся к парковке.

По дороге я волнуюсь, как бы и Катя не попала в похожий переплет. Грабителей, наверняка, подослали организаторы. В любом случае поджидали именно меня, а значит знали, что мой рюкзак набит деньгами.

— Гриш, у тебя же остался номер Кати? — спрашиваю.

— Кати? — удивляется казах, не сразу вспомнив гибкую брюнетку, свою первую женщину. — Ухова что ли?

— Да, я, кажется, видел ее среди зрителей. А учитывая попавшихся нам грабителей, сам знаешь, есть сомнение в безопасности улиц…

— Понял, — Гриша уже достает телефон и набирает девушке сообщение. — Спросил, всё ли в порядке.

Проходит две минуты в ожидании, прежде чем пиликает мобильника казаха.

— Всё хорошо, она уехала с дядей, — читает вслух Гриша. Он чешет голову в растерянности. — Хм, Катя оказывается, в городе, а мне не сообщила.

— Что ты чувствуешь? — с тревогой спрашиваю казаха. Влюбляться в независимых женщин — прямая дорога в пропасть. И дело не в том, что таких женщин нельзя любить. Можно. Но нельзя, чтобы ты ее любил больше, чем она тебя. Это разрушит жизнь мужчины.

— Я? Кхм, даже не знаю, ммм, да ничего вроде, — пожимает плечами Гриша, и я ободряюще хлопаю по плечу:

— Молодец. Давай уже по домам.

— Ага.

«Чайка» казаха уже подъехала и дожидалась Гришу, я же вызываю такси и отчаливаю домой. Уф. Закончился тяжелый рыбацкий день. Результаты порадовали. Речь не про деньги, хоть куш и вышел приятным бонусом. Многое узнал о подчинении своих узников. Надо держать их в узде. Ментальная клетка далеко не идеальна, раз частично блокирует способности цыган, но другого способа оградить чужеродные сознания я пока не представляю. Надо думать и экспериментировать. Но это потом. А сейчас — СПАТЬ.

* * *

— Даня, а у тебя было еще такое с кем-то? — смотрит на меня загадочно Камила.

Мы вдвоем сидим в манеже и делаем уроки. Остальные ребята сегодня не смогли. Свете нужно встречать важных гостей отца. Гриша тоже отлучился по каким-то делам рода. Лену мама позвала лепить пельмени. У них это вроде что-то традиции. Раз в квартал вдвоем лепить пельмени и, полагаю, сплетничать. Женщины ведь.

— Ты про что? — оглядываю брюнетку. Сегодня в манеже жарко. Печник расстарался, трубы едва не скрипят от жара. Вот Камила и расстегнула верхние пуговки блузки, показались мягкие округлости грудей.

— Два Дара, — напоминает девушка о своей необычности. — Кто-то еще пробуждался второй раз?

— Ты единственная, — честно отвечаю.