Гости один за другим засыпают. Лена чуть не падает со стула, я подхватываю ее за плечи и осторожно придерживая, кладу грудью на скатерть.

Когда начинают засыпать и охотники, Гризли широко зевает, почмокивает языком и откидывается назад, выдав громкий медвежий храпак. Камила делает это менее демонстративно. Просто закрывает глазки и опускает подбородок на пышную грудь. Я тоже просто закидываю голову на спинку стула, следя через полуприкрытые двери за входом.

Степан же держится до последнего и в итоге не притворяется спящим. Верно решает, что это будет излишним. Пентобарбитол все равно его ослабит прилично, и баро должен это понимать.

Я слежу за холлом, но Ловари заявляются со стороны кухни. Трое мужчин. Один широкоплечий и мускулистый, как живая оболочка Т-800. В ухе качается огромная золотая серьга. Сам баро собственной персоной. Наркоторговец уже врубил усиление физика.

Я быстро сканирую сознание баро. Свежие щиты в наличии. Он подготовился перед нападением. Но почему учел телепатию? Не знал, с чем столкнется, поэтому решил обезопасить себя от всего подряд? Осторожный бандит.

Петша смотрит на отца и плачет.

— Папочка! — рыдает он, вытирая призрачные сопли. — Забери меня отсюда!

Хе, а еще вчера цыган предлагал батину жизнь в обмен на свою.

«Ничего, скоро он к тебе присоединится».

— Рамир…трусливая паскуда… — протягивает Степан ослабленным голосом. Он трясет головой, силясь прогнать сонливость. Майору действительно нелегко. Хоть и Мастер, но снотворного выпил немало. — Зря ты приперся…жить тебе немного осталось… надо было сбежать…

— Да конечно, гребаный царский! — хохочет баро, уперев мощные руки в бока. — Посмотри на себя, русский! Ты сейчас свалишься со стула! Неважно, как хорошо ты владеешь Даром! Сейчас тебе не удастся сосредоточиться, твои рефлексы снижены! Я придушу тебя как цыпленка! А мои парни позабавятся с твоей невестой! Для меня же она слишком стара, — он осматривает гостей, взгляд мужчины задерживается на откинувшейся Камиле, затем он замечает рядом с брюнеткой другую красавицу — Кармелиту. Черные брови цыгана взлетают вверх. — И эта сука здесь⁈ Потаскуха! Предала своего баро, значит!

— Она… всего лишь гостья… — с трудом выговаривает Степан, просто чтобы потянуть время.

Рамир понимающе кивает:

— Трахал уж ее? Привязался, да? — с бешенством баро смотрит на царского охотника. — Ну ты и чудовище! Убил моих сыновей и отобрал мою игрушку. Царские люди не знают меры! Пожалуй, я всё же выдеру сам твою невесту! В отместку!

— Заканчивай трепаться и… подойди сюда, — хрипит Степан, с трудом удерживая голову на весу. — Я прикончу тебя.

Но баро лишь смеется, разведя мускулистые руки в стороны

— Мог бы прикончить, уже бы сделал. Ты же огневик. Где твои огненные стрелы? Где серп Ярилы? А? Не можешь сконцентрироваться? Эх, царский охотник, не такой уж ты и могучий. Зря я столько времени тебя остерегался. Только трепаться горазд.

— Кто бы….говорил. Ты остерегался… только потому, что жалкий трус. А полез…потому что хреновый отец.

— Заткнись! — рычит баро и кивает своим «шестеркам».