|
- Против этого способа женщины бессильны бороться, - продолжал Джонсон, - и за мужчинами, которые им пользуются, нужно следить в оба. Я бы даже преследовал их по закону. Ведь это значит играть на самых святых чувствах! Ловить надо таких молодчиков, ловить и разоблачать! - Ну а если тот человек не задумал ничего худого, если у него просто характер такой, - жалобно сказал Гэбриель. - Он, может, и к женщинам не привержен, и жениться совсем не хочет, - просто такая у негр повадка. - Черта с два повадка! - сказал неумолимый Джонсон. - Нас-то ему не провести! Хитрющая бестия - не сомневайся! Отклонив все уговоры повременить, Гэбриель не спеша поднялся, направился к двери и, промолвив что-то о дурной погоде (нарочито небрежным тоном, чтобы показать, что спор ни в малейшей мере не взволновал его), пропал за пеленой дождя, который лил не переставая вторые сутки и успел превратить единственную улицу Гнилой Лощины в бурлящий желтый поток. - Гэйб сам не свой сегодня, - сказал Джонсон. - Утром я слышал, что его разыскивает адвокат Максуэлл. Что-то у него стряслось. Гэйб - славный парень. Звезд с неба он, конечно, не хватает, зато за больными ходит замечательно, а в поселке, вроде нашего, - это великое дело. Жаль, если он забросит своих пациентов. - Уж не замешана ли тут женщина? - усомнился Бриггс. - Он, похоже, разволновался, когда ты сейчас заговорил о женщинах. Некоторые считают, - продолжал Бриггс, понижая голос и оглядевшись вокруг, - что Олли, которую он выдает за сестру, на самом деле его дочь. Нянчиться, как он с ней, и ночь и день, забыть про баб, про выпивку, про карты, про друзей, - на это пойдешь только ради родной дочери. Не встречал я таких любящих братьев! - Да и вся эта история про Голодный лагерь и тому подобное не очень-то похожа на правду, - вмешался один из собеседников. - Лично у меня всегда были сомнения. - Что бы там ни случилось - его забота, - подвел итоги Джонсон, - и меня нисколько не касается. Бывало, конечно, что я говорил Гэйбу, кто чем захворал и даже давал некоторые полезные советы, как кого лечить, но я не стану попрекать его этим, даже если он и влопался в какую-нибудь нехорошую историю. - Скажу со своей стороны, - добавил Бриггс, - что если я позволял ему приходить ко мне и лечить больного мексиканца, это вовсе не значит, что я взял на себя поручительство за его нравственность. Приход в лавку покупателя прервал дальнейшее обсуждение моральных качеств Гэбриеля. Между тем злосчастный объект этой дискуссии пробирался по улице, прижимаясь к стенам домов, чтобы спастись от пронзительного ветра, пока не вышел на тропу; тропа сперва сбегала вниз, в лощину, а потом поднималась по противоположному склону холма прямо к его хижине. Гэбриель остановился. Спускаться можно было, только пройдя возле самого пансиона миссис Маркл. Но не значило ли это - в свете только что услышанного - подвергнуть себя новой опасности, бросить безрассудный вызов судьбе. Взбудораженному воображению Гэбриеля представилось сперва, как вдова и Сол совместно набрасываются на него и заставляют зайти к ним в гости, потом другая устрашающая картина - как он пытается проскользнуть незамеченным и вызывает тем приступ истерики у миссис Маркл. |
