— Благодарю за предложение, ваше превосходительство, но о смене места службы говорить преждевременно — я верный слуга престолу Российской империи. Однако, как бы там ни случилось, я остаюсь с вами. Честь имею!..

ГЛАВА 11

Швейцарская Ривьера. Женевское озеро. Монтрё

24 июня 1903 года. 20:30

— Итак, каковы у нас задачи? — поинтересовался Арцыбашев.

— Все достаточно сложно, Александр Александрович. Как минимум отбиться, как максимум — взять языка. И не одного, а нескольких, вместе с самим английским резидентом. Не спорю, задача не из легких, но все в рамках наших возможностей. Однако прежде чем мы приступим к обсуждению способов исполнения, надо решить вопрос эксфильтрации, то есть после операции нам надо будет скрыться. Ваше предложение еще актуально?

— Конечно, ваше превосходительство. — Арцыбашев четко кивнул. — Маленький пансионат в горах, абсолютно уединенное место. Однако в таком случае мне необходимо ненадолго отлучиться, чтобы решить некоторые организационные вопросы. К сумеркам я обязательно вернусь.

— Конечно, но мне в свою очередь придется озадачить вас еще одним поручением.

— Слушаю вас, ваше превосходительство.

Я улыбнулся:

— Оставим официоз, Александр Александрович, можете обращаться ко мне по имени и отчеству. Что до поручения, желательно, чтобы вы наведались в кафешантан «Феерия», он рядом с гостиницей «Монтрё-палас», и передали вот это письмо… — я быстро написал несколько строчек на листочке бумаги, — одному человеку. Это громадный толстяк с шикарными усами на роже радикально пунцового цвета, всегда носит бабочку в белый горошек и всегда подшофе — не перепутаете ни с кем. Торчит там постоянно, особенно во второй половине дня. Способ передачи оставляю на ваше усмотрение — в любом случае вопросов вам не последует. Ответа тоже не надо ждать.

— Будет исполнено, Михаил Александрович, — Арцыбашев еще раз поклонился. — Но вынужден вас предупредить… — он сделал небольшую паузу, — о том, что я буду обязан доложить по инстанции о своем участии в случившемся. Увы, это мой служебный долг. Но не беспокойтесь, доклад последует только после того, как все закончится. А может, и не последует никогда, так как, сами понимаете, от пули не застрахован никто.

Я пропустил мимо ушей упадническое окончание спича.

— Почему после, а не до?

— Увы, если я доложу раньше, — вежливо пояснил офицер, — мне категорически запретят участвовать в деле, а прямое ослушание будет грозить военным судом. А так я смогу сослаться на непреодолимые обстоятельства, а если точнее, на банальную случайность, что наделит меня неким маневром в оправданиях.

— Не смею вам препятствовать, — спокойно ответил я.

— Честь имею…

Едва он ушел, как Клеопатра накинулась на меня с вопросами:

— Кто это? Расскажи мне все о нем немедленно!

Я невольно улыбнулся, потому что на личике девушки прослеживался искренний интерес. Н-да… получается, торкнуло не только Арцыбашева. Хотя ничего удивительного, Александр Александрович — очень представительный и мужественный, такие нравятся дамам. Высок, статен, спортивен, на морду не урод — чем-то смахивает на российского актера Балуева. Возраст тоже прямо на выданье, не больше сорока пяти. Подобная разница между супругами в наше время чаще правило, чем исключение. Хотя… с этими бабами ни в чем нельзя быть уверенным.

— Понравился? А как же я?

— Ты — это ты, а он — это он! — горячо возразила Клео.